И если нет — сделать так, чтобы он оставался в Петрограде, — произнес я. — У вас наверняка ещё со времён работы остались контакты людей, кому вы помогли получить не реальный срок, а условный. Ну или помогли дело развалить.
— Сделаю все, что смогу, Павел Филиппович, — быстро ответил мужчина. — Ну? Как там обстоят дела?
Последнюю фразу он произнес с надеждой. И я честно ответил:
— Все лучше, чем я думал. Есть шанс что скоро Степан покинет острог. Но для этого его отчим не должен уехать из города ни под каким предлогом.
— Понял, — быстро произнес глава палаты и нажал на сброс вызова.
— Вашество, а почему вы ему все не рассказали? — удивился Фома. — Мастер Васильев ведь большой человек. И мог бы нанять лихих людей, чтобы с этим мужиком поговорили как следует.
— Как правило, такие люди работают очень… грубо, — ответил я. — И тогда Иван спокойно скажет следователю, что его заставили это сделать под пытками. Покажет синяки да ссадины, и у жандармов, а потом и у судьи могут возникнуть вопросы.
— Вон оно чего, — понимающе кивнул слуга. — Тогда да. Вы правы.
Он свернул в арку и остановился у крыльца дома. Обернулся ко мне:
— Прибыли, вашество. Ещё куда-нибудь сегодня поедем?
— Очень бы не хотелось, — честно ответил я.
Вышел из машины, поднялся по ступенькам крыльца и вошёл в приемную.
— Павел Филиппович, я записала всех ваших посетителей на завтра, как вы и просили, — быстро отчиталась Арина Родионовна.
— Спасибо. Много их.
Девушка взяла со стола журнал, и открыла нужную страницу:
— Два десятка, — ответила она после подсчёта.
— И все согласились перенести встречу?
— Я умею уговаривать, — улыбнулась девушка.
— Спасибо.
Разговор прервала хлопнувшая входная дверь:
— Мастер Павел Филиппович, — послышался от порога голос.
Я обернулся и заметил на пороге паренька в рабочем костюме, который с растерянным видом шарили по карманам в поисках заветного ордера. Улыбнулся:
— Хорошо. Зарегистрируйтесь у секретаря и проходите в кабинет.
«Покой нам только снится»"
"Возвращаться плохая примета?
По счастью, посетителей в конце рабочего дня было мало.