А припасы, лагерь, документы, наконец? Не успеть… в лесу засаду устроить? Вариант… Но, они же не все попрут, часть сзади будет, вызовут подкрепление — и все.
Тело переводчика внезапно напряглось и чисто машинально я, зажав ему рот, ударил ножом в подключичную впадину. Он выгнулся дугой и из его руки, стукнувшись о землю, выпал пистолет. Ах, ты ж, падла! С тобой по-хорошему, а ты? Теперь тихо не уйдешь. Даже если и пройду посты, утром они сядут мне на хвост. Поднимут солдат и прочешут всю округу. Надо уходить с шумом и так, чтобы они меня ВИДЕЛИ.
Поведу их за собой. Выйдет? Должно выйти, иначе — все. Все труды коту под хвост. Ну, уж нет — этот вертолет не полетит!
Тихо скрипнула дверь в сенях. Тепло! И темно. Только из комнаты пробивается дрожащий отблеск. Свеча? Нет, скорее лампада у иконы, я этот огонек через окно видел.
Кто это у нас справа дышит? Денщик? Лесник? Тут сени, немца вряд ли положат, значит — лесник. Тихо-тихо… Вот он! Валенки на полу — лесник. Так, где у нас голова? Сонных резать непросто, захрипит.
Комната. Маленькая — кухня? В углу большой сундук, что-то белеет. Постель? Денщик? Отблеск лампады блеснул на стволе автомата. Точно — он. Где ж ты, родной? Вот он. Ладошкой — шлеп! Покойника Васькой звали…
В большой комнате стоял стойкий винный дух — господа офицеры изволили отдыхать. Нехорошо перед охотой пить! Неправильно. После — хоть вусмерть ужрись.
Так… Трое их — где спят? Не в одной же койке? Вон у окна одна, напротив вторая. Это гости. А где лейтенант?
Лейтенант обнаружился за печью, Там оказалось довольно просторно, стояла кровать. Только вот пролезть к нему было сложно — в ногах стоял стул, перекрывая проход вдоль печи. На стуле висела его одежда.
Гости. Кто есть кто? А не один ли хрен? На том свете разберутся. Шаг, еще шаг…
— Хельмут? — приподнялась голова на подушке справа. — Вас …"
"Прыжок! Захват, поворот… Сухо хрустнули позвонки — есть! Штык — бросок! Второй захрипел, упал с кровати. Мазила! К нему! Удар — есть.