Я вот в сомнениях ходил, ну как к тебе подойдешь? Ты ж у нас человек непростой, вон, говорят и с гестапо дружишь?
— Было дело, чуток пособил я им.
— Загвоздочка тут у меня имеется.
— Ну, так?
— У нас тут последнее время не все хорошо идет. Мерзавцы какие-то по лесу рыщут, да и в деревнях завелась какая-то сволота…
— Так а я ж тут причем? Это — не мой огород. Тут ты, Федорыч, главный пахарь.
— Да вот приехал к нам тут сверху инспектор…
— Немец?
— Не папуас же!
— Ну и?
— Меня тут на должность пророчат, смекаешь?
— Наверх?"
"— Туда.
— Так в чем вопрос?
— Все эти мелочи мне картину портят. Вывести их в одночасье, откровенно тебе скажу — не могу. А немец об этом напишет. И все! И амбец месту ожидаемому. Выход, однако, есть.
— Ты не тяни, по делу говори — я щедрой рукой плеснул собеседнику самогонки. Себе тоже, но существенно меньше.
— Подход к немцу я нашел. Денег он, падла не берет. Но вот от продуктов — не отказался. Семья, видишь ли, у него!
— И много ему надо?
— Вагон.
— Нехило! Аппетит у него, скажу я тебе, отменный! Только где ж я ему столько упру?
— Не надо переть — начальник полиции покосился на старосту.
— А в чем затык?
— Вывезти все это надо. Тут моей власти не хватит. Железная дорога мне не подчиняется.
— Мне тоже.
— А Беренмайер это сделать может?
Может ли это сделать Беренмайер? То, что собирает наша контора, частично вывозят в рейх. Это так, я сам сопровождал машины на станцию, где их при мне разгружали прямо в вагоны.
— Может.
— Подойдешь?
— Мой в чем интерес?
— В доле будешь. Мы ж тут не святым духом кормимся, смекаешь?
— Лады. Готовь свой вагон. Когда надо?
— Дня три. Потом мы его на станцию подадим, тут уж твой выход будет.
— В понедельник я иду к Беренмайеру. Он тоже захочет. Но он деньгами берет, в курсе?
— Знаю, умные люди просветили уже. Скажешь сколько. К тебе в понедельник вон тот оглоед в город подкатит, ему и скажи. Он же и денег привезет.
Я расстегнул рубашку и продемонстрировал ему свой иконостас.
— Как думаешь, если бы я слово не держал, заслужил бы такой?
— Силен ты, Михалыч — одобрительно покачал головой начальник полиции. — Говорили мне, да не верилось как-то…
Во время дружеского застолья с полицаями я разжился у них некоторым количеством патронов к нагану. Ну, кто ж виноват, что нас всех спьяну потянуло стрелять по бутылкам? Хорошо, хоть не стали рыбу глушить.