— Слушайте, что у вас тут происходит? — не выдержал я. — Рэкетиров боитесь, что ли? Что вы за мной ходите по пятам?
— А вы не знаете? — откликнулся верзила. — У нас теперь во всех магазинах так. В тех, которые еще уцелели.
— Я приезжий. А что значит — уцелели?
— Так вы действительно не знаете? У нас пару месяцев назад беда случилась. Все дорогие модели оказались испачканы краской. Представляете, какая-то сволочь краской из аэрозольного баллона перепортила нам больше половины товара. И точно такая же история произошла еще в четырех магазинах.
— А милиция что же? Нашла этих хулиганов?
— Ну прямо-таки! — фыркнул охранник. — Сейчас они все бросили и кинулись искать.
— Понятно. Я примерю эти брюки?
— Пожалуйста, кабинка направо.
Подходя к кабинке, я увидел, что и Татьяна направляется в примерочную с каким-то костюмом в руках. Следом за ней понуро тащилась продавщица.
Мы зашли в соседние примерочные. Я слышал, как в метре от меня раздевается молодая женщина, и хотел ее с невероятной силой.
Брюки сидели на мне так, словно я в них родился. Но я взглянул на этикетку и сразу все понял. Они были изготовлены известной фирмой и стоили триста условных единиц, читай — долларов. Конечно, за такую цену им бы еще плохо сидеть!
— Таня, — позвал я вполголоса. Перегородки между кабинками были чуть выше человеческого роста, и я не сомневался, что она меня услышит.
— Ау, — тут же откликнулась она.
— Как костюм?
— Обалдеть.
— А цена?
— Еще больше обалдеть.
— Сколько?
— Пятьсот восемьдесят.
Я присвистнул.
— И ты можешь такое носить?
— А у меня выхода нет. На мою фигуру дешевых платьев не бывает. То есть бывают, конечно, но их носить нельзя.
— Можно посмотреть?
— Заходи.
Я вышел из кабинки и протянул брюки стоявшему рядом охраннику, который тут же начал придирчиво их осматривать.