– Я лягу на полу, – сказал он. – Ты сама не знаешь, чего хочешь, и я не собираюсь больше терять на тебя время.
Они долго лежали, каждый на своем месте, молчаливые, взволнованные, возбужденные.
– Хорошо, что ты завтра уезжаешь, – сказал ее ночной демон. – Это будет просто чудесно!
– Да, – сказала Ванья. – Ведь после всего этого мы не сможем жить по-прежнему. А ведь мне всего четырнадцать лет. Ах, Тамлин!
Он протянул к ней руку, она взяла ее. И он с такой силой сжал ее, что ей пришлось плотно сжать губы, чтобы не закричать.
Как Ванья и опасалась, ее жизнь у бабушки шла из рук вон плохо.
Каждый день начинался с молитвы, и после возвращения из школы и до вечерней молитвы ей приходилось учить уроки. Посещения церкви были частыми и длительными, в течение дня бабушка не спускала с нее глаз.
Конечно, было хорошо, что она больше времени стала уделять урокам, ей удалось восполнить все пробелы.
На каждом шагу – мораль. Разве у Ваньи не было дома печального примера? Вспомни о своей маме Агнете, доставившей столько горечи и разочарования своим родителям!
Ванья пыталась возразить.
В тот день Ванья вынуждена была лечь спать без ужина.
Постоянные наставления изо дня в день: держись подальше от мальчиков и мужчин, ты еще слаба духом, чтобы противостоять их красивым, фальшивым словам! Твое лицо и фигура могут соблазнить дурных людей на то, чтобы изнасиловать тебя.
«Какая чушь, – думала Ванья. – Что ты понимаешь в этом, ты, прожившая всю свою взрослую жизнь со священником? Я не думаю, что священники „часто идут на поводу у своих желаний“.