Убедившись, что древко с намотанной паутиной точно касается меча, я скастовал на паутину на нем липучесть. И все сработало — когда я дернул копье за паутину вверх, оно подлетело уже с намертво прилипшим к древку мечом.
Первоначально было хотел метнуть вниз сеть из паутины, чтобы к ней поприлипало побольше предметов, так сказать, ловить неводом. Но все же пришлось перейти к рыбалке при помощи удочки, поскольку брошенная сеть при касте на паутину липучести неизбежно прилипла бы не только к трофеям, но и к скале, сделав подъем трофеев невозможным.
Дальше дело техники — подтянуть за паутину копье с мечом, отменить липучесть, засунуть меч, действительно оказавшийся редким, за пояс, и тут же швырнуть копье вниз. Что-то вроде экзотической рыбалки!
В следующий раз я подцепил и вытащил таким образом кинжал, оказавшийся уникальным. В третий раз удалось зацепить сразу два предмета — кинжал и валявшийся рядом с ним толстый браслет.
Разозлившись, я вытащил из сумки стальной ломик, и уже его обмотал паутиной. А по краям паутиной же примотал два браслета — они тоже будут обеспечивать необходимый зазор от скалы.
С таким инструментом жалкие попытки личей покончить с моим промыслом мне уже были не страшны. Паутину мою огненными шарами не взять, а стальной лом есть стальной лом, он от такой магии может только нагреться.
Своими делами я занимался на глазах у нескольких тысяч китайцев, они маялись от безделья в ожидании дракона, поэтому с интересом следили за каждым моим шагом.
Ко мне вскоре подлетел один из них:
— Уважаемый! — обратился он ко мне, — был бы признателен, если бы Вы вытащили сумку моего друга, оставшуюся внизу после его гибели.