И реакция ему нравится.
Я прикрыла глаза, чувствуя его блуждающий взгляд на себе. Он был всюду. От тяжелого дыхания моя грудь высоко поднималась, и Рустам следил за этим с бешеным желанием. От каждого его толчка — ненастоящего, дразнящего — я дергалась и непроизвольно сводила колени вместе, а он опускал взгляд и словно рентгеном видел, как я сжимаюсь внутри. И толкался еще и еще.
Пока я не выкрикнула:
— Нежно! Медленно-о-о… боже… — застонала я, ведь он не дослушал меня.
Он подался бедрами вперед. Я думала — дразнит, а он проник до конца.
— Моя девочка… — процедил он в ответ, сильно сжав челюсти.
С каждым толчком его взгляд лишь тяжелел. Хватка становилась сильнее. Рот приоткрывался, выдавая напряженное дыхание.
Рустам был бешено возбужден.
Я вновь прикрыла глаза и откинулась на спину. Позволила делать с собой все, что он хочет. Ведь это услада для Рустама — моя покорность, отзывчивость, мои стоны. Сильные руки перехватили меня под колени и дернули на себя.
— Родная… ты мой кислород, — хрипел он, вбиваясь в меня нежно, — и когда-нибудь… ты перестанешь сопротивляться мыслями…
Как Рустам и обещал.
Он брал меня нежно. Медленно. Тягуче и плавно.
Лишая рассудка.
Лишая дыхания.
— Мы связаны… ты примешь это, моя девочка. Ты моя, я твой.
А пока его принимает лишь мое тело. Безоружное и податливое, полная противоположность моим мыслям.
Я все больше дрожу. Дергаюсь следом в такт его толчкам.
— Скорее… Рустам, скорее… — прошу, задыхаясь.
— Нельзя скорее. Терпи, моя девочка… — усмехнулся он хрипло.
Я нахмурилась, а Рустам также медленно вышел… чтобы вновь заполнить меня собой.
И тогда я решительно уперлась руками в его грудь.
— Отпусти, — прошу тихо.
И Рустам делает это. С трудом, с хрипом, но он отпускает меня, посчитав мое сопротивление красным светом.
А едва он сел на кресло, как я не совсем умело забралась на него сверху. Точнее совсем не умело. Щеки опалил румянец, и я на миг растерялась.
— Конфета… что творишь?! — с шумом втягивает в себя воздух.
— Теперь я… главная, — прошептала я, пробуя новую для себя роль.
Пока нас не тормозит звонок в дверь. Резкий, короткий.
Сердце ухнуло вниз, и я вопросительно посмотрела на Рустама.
— Черт с ними. Ошиблись. Давай, девочка, двигайся… — возбужденно шепчет Рус.