Здесь же атмосфера стала присуще дьяволу. Тяжелая, в которой Басманов привык вертеться. Сейчас он был тем Рустамом, с которым я познакомилась. И другого Рустама я тогда еще не знала.
— Ты так смотришь… — отпиваю сок, увлажняя горло.
Пронзительные глаза уставились на меня. Его темные против моих светлых. Что Басманов вытворяет этим взглядом…
Он ведь съедает, не раздевая. Пожирает, не снимая обертку со своей конфеты. Дьявол подбирается ближе. На яхте мы остались совершенно одни, не считая капитана, который подчиняется приказам Рустама.
Я долгое время не знала, куда привез меня его водитель. Но чувствовала, что все это не просто так. Холодок расползся по коже от его близости.
А еще я брата так и не увидела после нашей ссоры. Максим не появился дома и не отвечает на мои звонки. Рустам встретил меня странной речью… И еще теперь я там, откуда выбраться мне не под силу.
Я никуда не сбегу. Пока Рустам не позволит мне уйти. Но сколько он планирует держать меня здесь?
— А к чему была твоя приветственная речь? К чему ты говорил про верность, Рустам?
— Я просто хочу, чтобы это стало мантрой.
Мои брови тут же взлетели вверх. От удивления я даже забыла, как сильно мне понравился этот салат из морепродуктов.
Удивлению моему не было предела.
Муж?
— Ты что-то путаешь, Рустам, — пытаюсь улыбнуться.
— Нет, — безапелляционный ответ.
Его руки потянулись к моему телу. Я еще не попробовала круассан с соусом… Сейчас дьявол захочет чего-то большего.
— Я круассан не попробовала… — напоминаю ему, облизывая вмиг пересохшие губы.
— Попробуешь, конфета. Не буду я тебя трогать. Этой ночью я буду тобой наслаждаться.
С этими словами Рустам притянул меня к себе и крепко сжал в объятиях. Мы лежали на мягкой круглой постели и оба смотрели в иллюминатор. Вот только мысли у каждого — были свои.
И если бы я хотя бы на секунду заглянула в мысли рядом лежащего дьявола, я бы…
Я бы умерла.
— Ладно. Муж так муж. Все равно уже госпожой Басмановой называют…
— Ладно? Ты согласна, родная?
Я стараюсь улыбнуться сквозь ощущение надвигающегося цунами. Перевожу все в шутку. Вот только на душе творилось полная неразбериха. И предчувствие чего-то нехорошего надвигалось непреодолимо.
— Конечно, согласна. Только не сжимай меня так сильно, ребра сломаешь… — шучу я.