Он иногда наведывается в клуб, чтобы проверить состояние дел, а с моей чёртовой удачей, герцог точно окажется сегодня там.
Глаза Северина загорелись интересом.
– Почему ты его избегаешь? Что ты натворил?
– Не хочу это обсуждать на трезвую голову.
– Тогда в путь. Мы найдём укромный угол, и я куплю тебе лучшую выпивку в заведение. Чего не сделаешь ради хорошей истории."
"– В свете прошлых событий, – кисло отозвался Уэст, – не стоит рассказывать тебе ничего личного.
– Но ты всё равно это сделаешь. Люди постоянно мне что-то рассказывают, даже зная, что не стоит.
К несчастью Северин оказался прав. Как только они устроились в одной из комнат клуба Дженнера, Уэст поймал себя на том, что рассказывает Северину гораздо больше, чем намеревался. Он винил во всём окружающий интерьер. Комнаты были очень уютными, в них стояли кожаные диваны и кресла с глубокой простёжкой и пуговицами на спинках, столы, на которых располагались хрустальные графины и бокалы, тщательно отглаженные газеты и бронзовые подставки для сигар.
Пока они разговаривали, Уэст размышлял про себя о том, что понимает, почему люди доверялись Тому Северину. Он никогда не читал нотации и не осуждал, не пытался изменить мнение оппонента или отговорить от задуманного. Северина ничего не могло шокировать. И хотя он часто проявлял вероломство или непорядочность, Том всегда оставался честен.
– Знаешь в чём заключается твоя проблема? – наконец изрёк Северин. – В чувствах.
Уэст задумчиво поднёс к губам хрустальный бокал с бренди.
– Ты хочешь сказать, что в отличие от тебя они у меня есть?
– У меня тоже есть чувства, но я никогда не позволяю им встать у меня на пути. Например, на твоём месте, я бы женился на желанной женщине, и не беспокоился о том, что лучше для неё. Если дети, которых тебе придётся воспитывать, вырастут плохими людьми, это ведь их дело? Им самим решать, хотят они стать хорошими или нет. Лично я всегда видел больше преимуществ в том, чтобы быть плохим.