– Ты кого-нибудь задирал, когда учился в Харроу? – многозначительно спросила она.
– Конечно, нет. Но мои обстоятельства были другими. Я вырос в любящей семье. Мы жили в доме у моря с собственным песчаным пляжем. Бога ради, у нас у каждого было по пони. Наше детство прошло чудовищно идеально, особенно в сравнении с братьями, бедными родственниками семьи Рэвенел. Они осиротели в раннем возрасте и их отослали в школу-интернат, потому что они стали никому не нужны.
– Потому что были маленькими хулиганами? – мрачно предположила она.
– У них не было ни родителей, ни семьи, ни дома, ни денег, ни пожитков... что можно ожидать от мальчиков в их положении?
– Меня не волнует, что стало причиной такого поведения мистера Рэвенела. Важно лишь то, что он причинил боль Генри.
Габриэль задумчиво нахмурился.
– Если только я что-то не упустил в этих письмах, Рэвенел не делал ничего особенно жестокого. Никогда не разбивал Генри нос и не избивал. Скорее он вытворял шалости и выдумывал ему прозвища, и больше ничего, ты так не думаешь?"
"– Запугивания и унижения могут нанести гораздо больший вред, чем физическое насилие.
– Жарптичка, – проговорил Габриэль, и его тон смягчился. Так её называли только он и отец. – Ты же знаешь, я любил Генри. Иди сюда.
Она подошла к нему, шмыгая носом, и брат обнял Фиби, желая утешить.
В юности Генри, Габриэль, Рафаэль и их друзья провели много солнечных дней в поместье Шаллонов в Херон-Пойнте, они сплавлялись на маленьких лодках в частной бухте или бродили по ближайшему лесу.
В конце жизни, когда Генри стал слишком слаб, чтобы передвигаться самостоятельно, Габриэль в последний раз взял его с собой на рыбалку. Он отнёс зятя на берег любимого им ручья, где водилась форель, и усадил на треугольный складной стул. С бесконечным терпением Габриэль насаживал приманку и помогал Генри наматывать леску, пока они не вернулись с корзиной полной рыбы.
Габриэль похлопал Фиби по спине и на мгновение прижался щекой к её волосам.
– Должно быть, тебе чертовски трудно справляться с этой ситуацией. Почему ты ни о чём не упомянула раньше? Чуть ли не половина членов семьи Рэвенел останавливались у нас в Херон-Пойнте на неделю, но ты не сказала ни слова.