Каждое блюдо казалось вкуснее предыдущего. Фиби могла бы подумать, что ничто не может превзойти усилий французского повара в Херон-Пойнте, но здешняя кухня была одной из самых восхитительных, которые она когда-либо пробовала. Хлебная тарелка постоянно пополнялась горячими рулетами и пышными ломтями подового хлеба, к которым подавались жирные витки подсоленного сливочного масла. Лакеи внесли превосходно запечённых корнуэльских кур с изящно полопавшейся хрустящей корочкой... жареные телячьи котлеты в коньячном соусе.
Фиби пробовала одно угощение за другим в обществе заклятого врага своего мужа, и получала безмерное удовольствие. Уэст Рэвенел оказался искушённым и безбожным шутником, делая дерзкие замечания, которые балансировали на грани приличий.
"– Какие ещё остались блюда? – спросила она, когда в миниатюрных хрустальных вазочках вынесли фруктовый лёд для очищения рта4.
– Нарезка из сыров и десерт.
– Я с трудом могу осилить фруктовый лёд.
Мистер Рэвенел медленно покачал головой, одарив её хмурым разочарованным взглядом.
– В таком лёгком весе. Вы позволите ужину вас одолеть?
Она беспомощно рассмеялась.
– Это же не спортивное состязание.
– Некоторые трапезы сплошное сражение до самого конца. Вы уже почти на финише, ради бога, не сдавайтесь.
– Я постараюсь, – с сомнением в голосе проговорила она. – Ненавижу переводить пищу впустую.
– Ничего не пропадёт. Оставшиеся объедки пойдут либо в компостную кучу, либо на корм свиньям.
– Сколько свиней вы держите?
– Две дюжины. Некоторые семьи арендаторов тоже держат свиней. Я пытался убедить наших мелких землевладельцев, особенно тех, у кого не слишком плодородные земли - вместо кукурузы растить домашний скот. Но они с этим не торопятся. Считают разведение скота, особенно свиней, ступенью вниз по сравнению с выращиванием сельскохозяйственных культур.
– Не понимаю, почему...