Думаю, ты и мне стала сестрой, да, Силия?
По лицу Сесилии пробежала легкая тень:
— Ты очень-очень мне дорог, Аль!
«О, кто-то хочет заменить сестру?», пронеслось у меня в голове. «Интересно».
— Матушка хотела увидеть Лотту и Марка, — тоном бесконечно виноватого ребенка проговорила вдруг Силия. — Я рассказала ей про последний приступ, прости, Аль. Мне было страшно, и я не знала, у кого найти утешения.
— Мой дом открыт для леди Бьереми, — спокойно ответил Альдис. — Наши разногласия давно утратили смысл.
Весь ужин Сесилия изо всех сил привлекала к себе внимание, а лорд Дальфари… Я никак не могла понять, он действительно этого не видит, или ему просто удобнее «не понимать»? Зато Хейддис веселился вовсю, как и Миттари.
Одно я вынесла точно — манерная вертлявая драконица хуже самого противного гостя в моей шоковерне. Столько тонко завуалированных оскорблений я давно не получала. Моей непочтенной мачехе впору брать уроки у Сесилии Бьереми!
Впрочем, я тоже кое-что могу:
— Лорд Дальфари, вы не будете против, если я перенесу некоторые вещи из шоковерны в выделенные покои?
Лицо драконицы вытянулось так сильно, что я испугалась за ее кожу — а ну-как лопнет?!
— Конечно, леди Аддерли, — удивленно отозвался дракон, — как я и сказал, восточное крыло Острошпиля полностью в вашем распоряжении.
— Благодарю, милорд.
— У нас впереди долгие годы дружбы, — ровно проговорил дракон, — я бы предпочел называть вас по имени и слышать свое из ваших уст.
Дзынь!
— Прошу прощения, — Сесилия смотрела на скатерть, по которой расплывалось ярко-алое пятно от пролитого вина. — Мне немного нехорошо.
— Я могу осмотреть вас, леди Бьереми, — тихо проговорила Миттари.
— Не нуждаюсь, — огрызнулась драконица. — Аль, я бы хотела заглянуть к детям, а после уйти в свои покои.
— Я давно говорил, что этикет не имеет значения во время обычных семейных ужинов, — спокойно сказал дракон. — Ты уверена, что тебе не нужна помощь целителя?
— Уверена. Это были трудные дни, Аль. Ты сильный мужчина, а я, к сожалению…
— Ты совсем ребенок, — с теплом отозвался Дальфари, — а мы так открыто говорили при тебе об опасности. Прости, Силия. Иногда ты кажешься совсем взрослой.