— Дело было утром, темно ещё! Я, значит, стою носик пудрю у ограды рынка, а он идёт. Крадётся!.. — Носова снова попыталась сделать страшные глаза.
— Слышь, хорош уже нам мозги пудрить! — рявкнул Витя. — Кто он?! Живо имя назвала!
— Да как кто? Тот, кого вы ищете! — выпучила глаза Верка.
— Имя, сестра, имя! — устало потребовал Пустырник.
— Так Ольша же! — девушка развела руками и уставилась на наши вытянутые лица. — Говорю же! Идёт, весь голый! Страшный! Крадётся куда-то в сторону Трёх Малых Заборов!
Малые Заборы — это три небольших группы, расположенные рядом и построившие вокруг своих лагерей заборы во Внутреннем городе.
— Так…. Вавась, выпиши гражданке Носовой, пожалуйста, штраф за отправление естественных потребностей в публичных местах! — Витя устало упал на стул.
— Да как штраф-то?! — воскликнула та. — Я же свидетель, мне штраф нельзя!..
— Штраф тебе не только можно, но и нужно! — наставительно заметил Витя. — Потому что ссышь по ночам там, где потом люди ходят. А это нарушение! Уже неделю, как запрет ввели! Так что будешь отрабатывать…
— Да я, может, просто от страха обоссалась, как этого эксгибициониста увидала! — возмутилась Носова.
— Верка! Хорош заливать! — подключился Вавася. — Как ты могла его увидеть, если он мёртвый был?
— Да что ты мне страсти рассказываешь какие-то? Какой он мёртвый? Живой вполне был, только голый! — Носова упрямо стояла на своём, не собираясь сдаваться на милость беспощадных фактов. — Крадётся вдоль забора, а потом меня увидел, ка-а-ак взвизгнул и припустил!
Пустырник, Витя и Вавася схватились за головы, а вот я решил уточнить:
— А куда припустил-то? Всё туда же?
— Так побежал прямо к домикам у стены! Там ещё розовый дом дуры этой, Поленовой! — ответила девушка.
— Вано, да кого ты слушаешь?! — возмутился Витя. — Она тебе сейчас наплетёт!
— Я правду рассказываю! — ещё больше возмутилась гражданка Носова. — А вы на меня штраф…
— Будешь сортиры разгребать! — пригрозил ей Витя.
— Меня нельзя на сортиры! У меня маникюр! — девушка продемонстрировала длинные ногти с обломанными краями, под которыми скопилось столько грязи, что прямо-таки ужас брал.
— Это не маникюр! Это у тебя и без сортиров дерьмо на руках! — грозно нахмурившись, Витя попытался припугнуть гражданку, но та уже раскипятилась.
— Да что ты понимаешь в красоте, мудак?! — возопила она во всю мощь худосочной фигуры.