Деревенский плотник, по ее мнению, был неплохим человеком. Но вот как мастера, она его совершенно не воспринимала. Тот жуткий шкаф, который Евресий пытался соорудить в прошлом году, до сих пор являлся девушке в кошмарах. Смесь гроба, скворечника и деревенского нужника.
— Евресий? — Рглор взъерошил огненные волосы и хохотнул. — Ни за что! У меня приятель в столице есть, на одной улице росли. Хороший плотник, мастер. У него своя мастерская и небольшая лавка. Выше головы не рвется, делает мебель для простых людей, но добротную.
Алесия ненадолго задумалась. Ей бы тоже не помешал хороший плотник. В прошлом году, после первой неудачи, она как-то забросила идею шкафа. Слишком уж много было других забот. Но по-прежнему хотелось хранить платья на плечиках, а не в сундуках. Иметь комод с выдвижными ящиками. А еще, она помнила раздвижные столы, столы-книжки, складные дачные стулья.
И то, что плотник ориентируется на простых людей — ей только на руку. Обойдутся аристократы без новинок.
Может быть глупо, но светиться категорически не хотелось. К тому же неизвестно, как к ее изобретательности отнесется супруг. Объявит еще, что бабам мозг не положен, и запрет в своем замке без права выхода.
Рглор, когда Алесия попросила познакомить ее с мастером, конечно немного позубоскалил. Но пообещал помочь. Тем более, он и сам собирался посетить на днях столицу.
Так что все складывалось довольно удачно.
И только покинув избу, девушка вспомнила, что хотела попросить Рглора еще кое о чем. Дорожная игра, пришедшая ей в голову по пути из замка. Там ведь ничего сложного, деревянная подложка, квадратики…
Алес встряхнула головой, откидывая упавшие на лицо волосы. У людей столько работы, а у нее игрушки на уме. Надо быть серьезнее. Ну а пятнашки… Пятнашки могут и подождать.
* * *Агнета вышла на крыльцо, удерживая перед собой легкое одеяло и пару подушек. Солнце стояло высоко над головой, и нельзя было придумать лучшего времени, чтобы хорошенько прожарить постель в горячих лучах.
На пропитанных жарким солнцем подушках и спаться будет крепче. Может, хоть так госпожа перестанет вскакивать ни свет ни заря? А то ведь встает порой даже раньше слуг.