Я все понимаю, но Шульгин не брехло, они выполнят, что обещали, такие люди не кидают слов на ветер, и такие дела не решаются быстро. Смотрю в его глаза, конечно, не уйду и не забуду имена, они уже выбиты на сердце, под которым их дети.
— Помнишь УЗИ? Я почти рыдал.
— Это запрещенный прием.
Он специально переводит разговор на детей, зная, что я снова отвлекусь от всего, расплачусь, но зато не буду психовать и устраивать революцию, требуя свободы.
— Громов растерялся, как услышал биение их сердечек.
— А ты?
— И я тоже.
— Обманываешь.
— Честно-честно.
Артём накрывает ладонью живот, как специально, малыши толкнулись внутри. Все никак не могу привыкнуть к этому, но, когда так происходит, меня переполняет счастье и радость.
Сейчас его глаза теплые, легкая улыбка, трогаю пальцами отросшую щетину, они с Громовым решили отрастить бороды и сбрить их после рождения малышей. Наверно не вытерплю и побрею их ночью сама. Они теперь оба наводят ужас на наших соседей.
— Малыши здороваются с тобой.
— И я с ними, — Артём целует меня в губы.
— Прекрати, — смеюсь, вытирая выступившие на глаза слезы. — А помнишь, как доктор потеряла дар речи, когда предложила пригласить папочку для того, чтоб он увидел малышей, а зашли вы оба?
— Игорь еще согнал ее с места и сам уставился в монитор, требуя показать ручки и ножки. Все, успокоилась? Давай я с тобой погуляю.
— Погода отвратная.
— Но ведь ты хотела. Шубу надо выгулять, зря она, что ли, летела из Греции так долго.
— Для нее еще не сезон.
Улыбаюсь, вспоминая, как они вдвоем заставили меня надеть прямо на голое тело шикарную шубу из белоснежной норки в пол. Артём фотографировал, Игорь пускал слюни, а потом пытался ее с меня стащить.
Мне никогда не делали таких подарков, да что там говорить, вообще практически никаких не делали, бывший муж Коленька не в счет, все, что подарил, то и забрал обратно.
Поездка в Грецию и эти три недели лучшие в моей жизни, не считая тех дней до беременности, что я провела с этими мужчинами.
Они были рядом, мне не приходилось думать о том, как жить дальше, я плакала только от радости и еще оргазмов.
— А пойдем, уговорил. Собирайся быстрее, пока выглянуло солнышко, а то скоро стемнеет.
Под ногами шелестела опавшая листва, деревья, почти голые, пронзали верхушками серые тучи.