На вкус солоноватый, но я дурею, как последняя падшая женщина на планете, потому что это мой мужчина и я хочу его член.
— Крис, не играй.
— Молчи лучше, а то пойдешь прямо сейчас за справкой к венерологу, что чистый.
— Это новый прикол, да?
— Гром, заткнись."
"Тихий рык в темноте, я все еще сижу на Артёме, раскачиваясь, облизывая и засасывая член Громова, помогая себе рукой, тот двигается мне навстречу, лаская лицо. Начинаю задерживать дыхание, заглатывая до самой гортани, чувствуя, как Артём снова делает резкие выпады, меня колотит в приближении оргазма.
— Да, девочка, твою же мать, долбаный пиздец, сейчас солью.
Вынимаю член изо рта, потому что начинаю захлебываться собственными стонами, внутри все сжимается. Каждая клеточка тела натягивается, как тугая тетива, и срывается в невероятный полет.
Чувствую, как Игорь помогает себе, кончает на мою грудь, сперма теплая, ее много, Артём кончает глубоко в меня. Не двигаюсь, оргазм все еще прошибает тело и сознание, из влагалища вытекает сперма. Игорь приподнимает меня, укладывая на кровать, кто-то из мужчин прижимает меня к себе.
— Тихо, тихо, птичка… Тихо.
Артём целует в висок, Игорь — сзади в шею, убрав в сторону волосы, накрывая живот крупной ладонью. Дыхание выравнивается, хочется пить и в туалет, не знаю, как пойду в таком виде и что подумает брат, наверняка все слышал, немаленький.
— Пацан родится, точно.
Улыбаюсь, Громов трется о мою поясницу стояком, неугомонный. Не понимаю, как они приняли весть о беременности, спокойно и вроде смирились с ней.
— Специально для тебя я рожу девочку, в наказание за грехи.
— Нет, точно пацан, я чувствую.
— Кристина, скажи, ты кого-то постороннего пускала в эту квартиру последнее время? — Артём спрашивает тихо, но я напрягаюсь, он чем-то стирает сперму Громова с моей груди.
— Нет, только грузчики, что заносили мебель, но они были все на виду, да и сосед, он помогал нести сервиз.
Понимаю, куда клонит Артём, поэтому отвечаю, хорошо подумав.
— Что за сосед? Тот Андрей, что волновался, все ли у тебя в порядке? Надо пойти отбить ему почки, чтоб он о них волновался.
— Я тебе отобью лично все жизненно важные органы, если на Семёне будет хоть один синяк.
— Все с ним в порядке, поговорили по-мужски, нормальный парень, воспитаем из него человека. Я когда его увидел, даже немного растерялся, но он на тебя похож, такой же дерзкий.
Игорь говорит вяло, зевает, прижимаясь ко мне еще плотнее, все так же обхватив живот рукой.