Ты как сюда попала?
— Увидела шалаш и пролезла, а потом ветка не пускала, — ответила Габи и всхлипнула.
— Тшш! Успокойся и убери пульсар, не ровен час, не удержишь, поджаримся вместе.
— Простите, забыла. Я испугалась, — девушка втянула Огонь в себя.
— Давно сидишь? — спросил мужчина. — Ты можешь сделать светляка, а то не видно ничего.
— Давно, наверное. Я перед обедом пошла погулять и случайно нашла шалаш. А светляк мне сейчас лучше не зажигать, я перенервничала, и он может получиться слишком большой, — ответила Габриэлла.
— Ясно, значит, когда я почувствовал первый же сигнал тревоги, это ты залезла. Большой светляк нам не нужен, пошли уже, взломщица, — мужчина протянул ей руку и помог выбраться наружу.
— Спасибо, — пробормотала графиня и потянула руку к себе.
— Стой-ка, — мужчина увидел красные рубцы и нахмурился. — Тебе хорошо досталось, придется зайти к целителям. Тебя как зовут?
— Лия, — ответила Габи, взяв окончание от своего второго имени. Правда, так ее звали в раннем детстве и то только кормилица, но к чему такие подробности случайному знакомому?
— Красивое имя.
— Просто Лия.
— Странно, я чувствую в тебе сильный дар и Огонь, у тебя же точно пробужден Огонь! Простолюдинок с таким даром не бывает. Ты откуда здесь? С кем-то приехала на Отбор?
— А Вы себя не назовете? — спросила девушка.
— Ладис. Ты не ответишь на мои вопросы? Одета ты, как служанка, но Огонь? Кто ты?
— Просто Ладис? — выгнула бровь Габриэлла и выразительно окинула взглядом добротный сюртук.
— Служу у одного аристократа, — ответил Ладис.
— Ну и я служу у одной аристократки, — улыбнулась Габи. — Спасибо, что выручил, мне надо бежать!
— Стой, а к целителям? Твоя рука?
— Ничего, само пройдет, — отмахнулась девушка. — Мне правда надо идти, иначе будет скандал.
— Лия, я сделаю допуск в охранке, и если ты захочешь побыть в одиночестве и покое, приходи в шалаш, он тебя пропустит и выпустит.
Девушка улыбнулась, махнула рукой и вбежала в Малый дворец.
ГЛАВА 4. ПРОЧИЕ НЕПРИЯТНОСТИ
Утро выдалось чудесное — солнечное, теплое, как и его настроение. Барон Фреджинальд Оренси пил первую чашку чая и любовался видом из окна: позолоченными верхушками деревьев, легким туманом, поднимающимся с поверхности пруда, веселым оживлением слуг. Хорошо! И сын ночью приехал, ему передали — просто именины сердца, все складывается, как нельзя лучше. Долго же он ждал этого дня, но чем дольше ожидание, тем слаще награда.