– А вам зачем? – Он разглядел прячущегося за спиной Розы сына, дрожащего от страха.
– Это не твое дело! На! – рявкнула Роза и поставила на стол в углу бутылку водки с такой силой, что ложка в пустом стакане подпрыгнула. – А теперь давай скипидар.
Дворник сглотнул дважды. Первый раз – от волнения, а второй – из-за халявной бутылки водки, затмевающей собой все прочие неудобства.
– Хотите отмыть что-то? – поинтересовался мужчина, переливая скипидар из небольшой канистры в пустую бутылку из-под такой же водки.
– Давай все, – выхватила Роза канистру, расплескав немного жидкости на пол.
"– Совсем баба головой тронулась, – потянувшись к ящику, прохрипел дворник, кожей ощущая напряжение, которое оставила после себя эта ненормальная в его уютном укрытии.
Забежав в ближайший магазин за спичками, Роза стремительно понеслась в лес – сводить счеты. Владика она держала за руку, и он быстро перебирал ногами, не поспевая за матерью, иногда спотыкаясь и взвизгивая от боли, словно собака на поводке.
«Будет вам защита от внешних сил, чертовы ублюдки. Я сделаю так, что защищать больше будет нечего, а потом… Потом я приду за тобой, ведьма, я заставлю тебя пожалеть о том, что ты сделала со мной, ты за все мне ответишь!» – кипела про себя Роза, поливая горючей жидкостью самое сухое дерево, которое нашла в лесу. Старый клен, росший здесь не одну сотню лет, должен был послужить фитилем для будущего пожарища.
Никакие тайные тропы в сказочные миры больше не интересовали мать, потерявшую любимое дитя. Ну уж нет! Хватит с нее. Отныне она не успокоится, пока все, что давало ей надежду, не сгорит дотла. Весь лес, до единого кустика, до последней ягодки. А потом и квартира Нины, той самой, что заставила ее поверить в этот вздор. Роза все предаст огню, уничтожит, превратит в золу.
Владик послушно стоял рядом и не мешал, как велела ему мать. Он молча ронял слезы и иногда негромко всхлипывал.
Закончив собирать хворост, Роза обложила им старый сухой клен, словно это был столб для будущей казни ведьмы, и от души полила горючей жидкостью. Все это время в ее голове беспрестанно звучали слова батюшки, проводившего отпевание Димы в старой церкви при кладбище: «Он теперь рядом с Господом, ваш ангелок, не переживайте, он в надежных руках. Ему там хорошо». Успокаивающие речи священника были больше похожи на мерзкое блеяние, от которого Розу тошнило до сих пор.