Наверное, это Валеру и спасло. Померкшее было сознание мгновенно прояснилось от разорвавшейся в мозгу вспышки боли, а рот заполнился кровью. Он почувствовал, как чья-то рука сдёрнула с его плеча нейлоновую сумку с деньгами, он услышал, как кто-то сказал: «Ключи от „Рэйнджа“ поищи». Голос был молодой и даже какой-то ломающийся, словно у подростка. И довольно знакомый. Затем его взгляд сквозь прижмуренные веки сфокусировался на чьих-то ногах в приличных брюках и туфлях, обмотанной тряпками монтировке, свободно свисающей из чьей-то руки.
Пока его мозг фиксировал и анализировал детали, перебирая их со скоростью компьютера, правая рука уже скользнула под пиджак и сжала тёплую от близости тела рубчатую рукоятку «Викинга». Всё произошло без его участия, просто что-то спрятанное в глубине просигналило: «К оружию!» Пистолет легко вышел из кобуры, большой палец сбросил предохранитель.
Человек дико закричал, а затем, странно дёрнув головой, рухнул навзничь. Валера перенёс огонь на второго, заметавшегося растерянно у стены, и попал уже второй пулей. Тот дёрнулся странно, как паралитик, а на светлой стене появилось тёмное пятно, там, куда брызнуло кровью. Однако он так и продолжал стрельбу, паля уже по скорчившейся у стены неподвижной тёмной фигуре до тех пор, пока затвор не встал на задержку.
Стихло эхо выстрелов, метнувшееся между стен старых особняков, дико заорала сигнализация «Лексуса», разбуженная шумом.
Только эти двое, один из которых кучей тряпья у стены свернулся, а второй был ещё жив. Мелко колотило всё его тело, каблуки скребли по асфальту, а из дважды простреленного горла всплесками и пузырями брызгала кровь, заливая собой всё вокруг.