Маша бросила слегка удивлённый взгляд на Сергея Сергеевича, а тот улыбнулся в ответ:
— Мария Николаевна, а кто меня кормит, поит? Считайте моей благодарностью.
— Предлагаю всем ехать на моей машине, — сменил тему разговора Виталий Данилович. — Она у меня большая, влезем все свободно. Дизель, бак полный, так что хватит туда и обратно дважды сгонять. А «меганчик» ваш, Мария Николаевна, в мою деревню не пройдёт. Даже с дороги свернуть не сумеет, в грязи завязнет. Нет там дорог, и даже направления приблизительные.
— Жалко… — нахмурилась Маша.
— Ничего с ней, как я думаю, и в нашем подземном гараже не сделается, — сказал Сергей Сергеевич. — Самое сохранное место. Не думаю, что кто-то теперь решит её оттуда украсть. А если наладится жизнь, то вернётесь. Ну как, вы готовы?
— Готова.
— Ну и прекрасно, — кивнул Сергей Сергеевич. — Тогда допиваем чай, потом проверим, чтобы свет и вода отключены были, да и поедем. Автомат свой заверните во что-то, спрячем под сиденье, чтобы милиция не приставала.
— Хорошо.
Вышли они все вместе примерно через тридцать минут. Сергей Сергеевич с Виталием Даниловичем несли Машины сумки, Маша же вела детей, Лику — за руку. На лифте спустились в гаражный этаж, прошли вдоль длинного ряда машин, пока не остановились у серебристого новенького «Мицубиси Паджеро». Мужчины подтащили сумки к задней двери, забросили их в багажник, где и так целая куча вещей лежала. Виталий Данилович гостеприимно распахнул заднюю дверь машины, приглашая садиться. Маша подсадила Лику, Сашка вскарабкался сам, а следом на сиденье из грубой серой ткани уселась Маша.
Виталий Данилович убрал ружья в чехлах туда же. Маша спросила, не лучше ли их вытащить, но Виталий Данилович объяснил, что возить незачехлёнными и заряженными незаконно, могут быть проблемы.