Что именно послужило мотивом преступления?
Я обязан представить свидетелей, которые помогут вам установить истину в этом деле..."
"...Что касается отравления Мэри Джеррард, я приложу все усилия, чтобы доказать, что ни у кого, кроме обвиняемой, не было возможности совершить это преступление.
Элинор казалось, что ее окутал плотный туман, сквозь который до нее долетали лишь отдельные слова.
– ...Сэндвичи... Рыбный паштет... Пустой дом...
Будто через тяжелое толстое покрывало слова булавками вонзались в ее сознание.
Зал суда. Лица. Целые ряды лиц! Среди них выделяется одно – с большими черными усами и проницательными глазами. Эркюль Пуаро, слегка склонив набок голову, задумчиво следит за ней.
«Ну ясно: старается понять, почему я это сделала... Пытается проникнуть в мои мысли, чтобы узнать, о чем я тогда думала, что чувствовала...» – подумала она.
«Что чувствовала?.. Какое-то затмение – затем чуть болезненное ощущение от шока...»
Она увидела лицо Родди... родное, милое лицо.
«Родди! Всегда Родди – всегда, с тех самых пор, как себя помню... да-да, с тех самых дней в Хантербери – среди кустов малины, наверху, где водились кролики, и внизу – у ручья. Родди – Родди – Родди...»
Есть и другие знакомые лица! Свежая веснушчатая физиономия сестры-сиделки О'Брайен: рот слегка приоткрыт, шея вытянута вперед. У сестры Хопкинс очень чопорный вид – чопорный и неумолимый. Лицо Питера Лорда... Питер Лорд, такой добрый, такой благоразумный, такой.
Она совершенно спокойна и холодна, хотя и находится на скамье подсудимых и ее обвиняют в убийстве.
Но вот в ней словно что-то шевельнулось: мгла, окутавшая ее сознание, стала рассеиваться. Она на скамье подсудимых!.. И люди, люди...
Люди... Их горящие глаза пожирают ее, Элинор, их рты приоткрыты.
– Факты в этом деле абсолютно ясны и не вызывают сомнений, – говорил этот человек, – я коротко изложу их вам. С самого начала...
Элинор стала вспоминать:
«Начало... Начало? Тот день, когда пришло это ужасное анонимное письмо. Это и было началом...