Этот ее страх вовсе не означал, что она не хотела его составить, просто постоянно откладывала этот момент. Ведь вы знаете, – продолжал мистер Седдон, внезапно обратившись к Родди и доверительно понизив голос, – как люди оттягивают какое-нибудь неприятное дело, стараются подольше им не заниматься?
– Да, я... я... да, конечно. – пробормотал Родди, вспыхнув. – Понимаю, что вы имеете в виду.
– Вот-вот, – сказал мистер Седдон. – Миссис Велман безусловно собиралась сделать завещание, но всякий раз откладывала это на завтра, уговаривала себя, что впереди еще масса времени.
Элинор задумчиво произнесла:
– Так вот почему она была такой подавленной прошлой ночью... и так торопилась вызвать вас...
– Вне всяких сомнений! – ответил мистер Седдон.
– Но что же теперь будет? – пробормотал в замешательстве Родди.
– С наследством миссис Велман? – Поверенный откашлялся. – Поскольку миссис Велман умерла, не оставив завещания, вся ее собственность переходит к ближайшей кровной родственнице, то есть к мисс Элинор Карлайл.
– Все мне? – недоверчиво сказала Элинор.
– Определенный процент пойдет в пользу Короны, – объяснил мистер Седдон и углубился в детали. В заключение он сказал: – Никаких долгов или заложенной недвижимости нет. Все деньги миссис Велман принадлежали ей одной. Следовательно, все они переходят к мисс Карлайл. Налоги на наследство... э... боюсь, будут несколько велики, но даже после всех выплат состояние все еще будет весьма значительным, к тому же капитал помещен в надежные ценные бумаги.
– Но Родерик... – начала Элинор.
Мистер Седдон произнес, смущенно кашлянув:
– Мистер Велман – всего лишь племянник ее мужа. Здесь нет кровного родства.
– Абсолютно никакого, – подтвердил Родди.
– Но, разумеется, для нас не имеет существенного значения, кто именно получит деньги, – уверенно проговорила Элинор, – ведь мы собираемся пожениться.
При этом она не взглянула на Родди.
Теперь уже мистер Седдон сказал:
– Абсолютно никакого. – И тут же ушел.
V– Но ведь это и правда не имеет значения, – сказала Элинор, как бы оправдываясь.
Лицо Родди нервно передернулось.
– Деньги должны принадлежать тебе, – сказал он. – Это совершенно справедливо. Ради бога, Элинор, только не думай, что я тебе завидую. Не нужны мне эти проклятые деньги!
– Мы ведь говорили об этом, Родди, еще в Лондоне, что не важно, кто из нас окажется наследником, поскольку... поскольку мы решили пожениться... – нерешительно закончила Элинор. Он молчал.