Наоборот, старательно отводили глаза в сторону, и вид у них был смущенный... «Это потому что... уже скоро... они уже знают, какой вынесут приговор...» – думала Элинор.
IIСвидетельские показания дает доктор Лорд. Неужели это тот самый Питер Лорд, веснушчатый, энергичный молодой врач, который был по отношению к ней таким добрым и дружелюбным там, в Хантербери? Сейчас он держался с безупречной официальностью. Истинный профессионал. Его ответы звучали размеренно и монотонно: его вызвали по телефону в Хантербери-Холл слишком поздно – уже ничего нельзя было сделать; Мэри Джеррард скончалась через несколько минут после его прибытия; смерть последовала в результате отравления морфином.
Сэр Эдвин Балмер поднялся, чтобы приступить к перекрестному допросу.
– Вы были лечащим врачом покойной миссис Велман?
– Да.
– Во время ваших посещений Хантербери в июне текущего года приходилось ли вам видеть вместе обвиняемую и Мэри Джеррард?
– Несколько раз.
– Что вы можете сказать об отношении обвиняемой к Мэри Джеррард?
– Оно было в высшей степени любезным, и любезность эта была вполне искренней.
С чуть пренебрежительной улыбкой сэр Эдвин Балмер спросил:
– И вы ни разу не замечали каких-либо признаков ненависти, вызванной ревностью, о которой мы здесь так много слышали?
– Нет, – твердо ответил Питер Лорд.
«Но ведь он замечал... он видел, – думала Элинор, – он солгал ради меня. Хотя все понимал...»
Питера Лорда сменил полицейский врач. Его показания заняли больше времени и были более подробными.
IIIВ заседании суда был сделан перерыв, потом слушание дела возобновилось. Несколько часов длились показания судебно-медицинского эксперта.
Доктор Алан Гарсиа, известный специалист по судебной медицине, сыпал научными терминами и со вкусом повествовал о содержимом желудка: хлеб, рыбный паштет, чай, морфин.