Это то самое завещание? Подписано Мэри Джеррард и свидетелями – Эмили Биггс и Роджером Вейдом, приказчиками из магазина готовой одежды. Покойная завещала все свое имущество Мэри Райли, сестре Элизы Райли?
– Совершенно верно.
Завещание было передано присяжным заседателям.
– Как вы думаете, имела Мэри Джеррард какую-нибудь собственность, которую могла бы оставить по завещанию?
– В то время у нее ничего не было.
– Но вскоре она собиралась что-то получить?
– Да.
– Вы подтверждаете тот факт, что мисс Элинор Карлайл передала Мэри значительную денежную сумму – две тысячи фунтов?
– Да.
– Мисс Карлайл не была обязана это делать? Это объяснялось лишь ее великодушным порывом?
– Да, она поступила так по доброй воле.
– Но ведь если бы она ненавидела Мэри, о чем тут неоднократно высказывались предположения, она не стала бы добровольно передавать ей столь крупную сумму денег?
– Возможно, и так.
– Что вы имеете в виду, отвечая таким образом?
– Ничего.
– Вот именно. А теперь такой вопрос: слышали ли вы какие-нибудь сплетни о Мэри Джеррард и мистере Родерике Велмане?
– Он был влюблен в нее.
– У вас есть тому доказательства?
– Я просто знала об этом, вот и все.
– О, вы просто знали об этом! Боюсь, что это звучит не очень убедительно для присяжных заседателей. Вы как-то сказали, что Мэри не хотела иметь с ним дела, потому что он был помолвлен с мисс Элинор, и что то же самое она повторила ему в Лондоне?
– Мэри сама мне об этом рассказала.
Перекрестный допрос продолжил сэр Сэмюэл Аттенбери.
– В тот момент, когда Мэри Джеррард обсуждала с вами формулировку завещания, заглядывала ли в окно обвиняемая?
– Да, заглядывала.
– Что она сказала?
– Она сказала: «Так ты пишешь завещание, Мэри? Это смешно!» И стала хохотать. Хохотала и хохотала. И, по-моему – не преминула добавить свидетельница, – именно в тот момент ей в голову пришла мысль об убийстве. О том, чтобы избавиться от Мэри! Да, именно с этой минуты она стала лелеять в своем сердце убийство!
– Извольте отвечать на вопросы, которые вам задают, – резко проговорил судья.
«Вот удивительно! – подумала Элинор. – Как только кто-нибудь говорит правду, они это вычеркивают...»
Она еле сдерживала истерический хохот.
IIНа свидетельском месте – сестра О'Брайен.
– Заявляла ли вам о чем-нибудь сестра Хопкинс утром двадцать девятого июня?
– Да. Она сказала мне, что из ее чемоданчика исчезла трубочка с гидрохлоридом морфина.