– Значит, Элинор Карлайл была не единственной, кто мог его взять? Кто-нибудь из слуг. Или доктор Лорд. Или мистер Родерик Велман. Или сестра О'Брайен. Или сама Мэри Джеррард.
– Пожалуй, так... да.
– «Пожалуй» или «да»?
– Да.
– Кому-нибудь было известно, что в вашем чемоданчике есть морфин?
– Не знаю.
– Вы говорили о нем кому-нибудь?
– Нет.
– Следовательно, мисс Карлайл не могла знать о том, что там был морфин?
– Она могла заглянуть туда и увидеть.
– Однако это маловероятно, не так ли?
– Не знаю.
– Но в доме находились люди, которые, в отличие от мисс Карлайл, наверняка знали о морфине. Например, доктор Лорд. Ведь вы делали инъекции морфина по его указанию?
– Именно так.
– Мэри Джеррард тоже знала, что у вас там морфин?
– Нет, не знала.
– Но ведь она часто бывала у вас в коттедже?
– Нет, не сказала бы.
– И все-таки я полагаю, что она бывала там довольно часто и скорее, чем кто-либо другой в доме, могла догадаться о том, что у вас в чемоданчике имеется морфин.
– Я не могу с этим согласиться.
Сэр Эдвард сделал паузу и продолжил:
– Вы сказали сестре О'Брайен о пропаже морфина?
– Да.
– Напоминаю вам, что вы на самом деле сказали: «Я оставила морфин дома. Теперь придется за ним возвращаться».
– Нет, я так не говорила.
– И не высказывали предположение, что морфин, вероятно, остался на каминной доске в вашем коттедже?
– Ну, когда я не смогла его найти, то подумала, что, должно быть, положила туда.
– То есть вы не знали точно, где был морфин?
– Нет, знала.
– В таком случае почему утром двадцать девятого июня вы высказали предположение, что оставили его дома?
– Потому что подумала, что могла так сделать.
– Вынужден заметить, что вы весьма безответственный человек.
– Это неправда.
– И в своих высказываниях вы также довольно небрежны, не так ли?
– Ничего подобного. Я очень ответственно отношусь к своим словам.
– Вы говорили о том, что укололись о шип розового куста в день смерти Мэри Джеррард, двадцать седьмого июля?
– Не понимаю, какое это имеет отношение к делу?
– Это имеет отношение к делу, сэр Эдвин? – спросил судья.
– Да, милорд, это важный элемент защиты, и я намерен пригласить свидетелей, чтобы доказать, что это заявление было ложным.
Он снова принялся задавать вопросы свидетельнице.
– Вы по-прежнему утверждаете, что двадцать седьмого июля укололи запястье о розовый куст?
– Да! – Тон сестры Хопкинс стал вызывающим.