Эркюль Пуаро

Господи, как же я удивился, когда в дверь позвонили – потом еще раз, с таким нетерпением, – я открыл и увидел незнакомого мужчину, а потом услышал голос мистера Гарри, совсем такой же, как прежде: «Привет, Трессилиан. Все еще здесь?»

– Должно быть, это странное ощущение, – сочувственно произнес Пуаро.

Щеки дворецкого слегка порозовели.

– Иногда кажется, сэр, как будто прошлое никуда не исчезло! – продолжал он. – По-моему, в Лондоне шла пьеса про что-то вроде этого. Вдруг накатывает чувство, словно все это уже было.

Звонит звонок, я иду открывать, а там мистер Гарри... Я говорю себе, что все это уже делал, а потом оказывается, что это мистер Фарр или еще кто-нибудь...

– Очень интересно, – заметил Пуаро.

Трессилиан с признательностью посмотрел на него.

Джонсон нетерпеливо откашлялся и взял на себя инициативу.

– Нам всего лишь нужно проверить кое-какие данные, – сказал он. – Насколько я понял, когда наверху начался шум, в столовой были только мистер Альфред Ли и мистер Гарри Ли. Это так?

– Право, не знаю, сэр.

Все джентльмены находились в столовой, когда я подавал кофе, но это было минут на пятнадцать раньше.

– Мистер Джордж Ли разговаривал по телефону. Вы можете это подтвердить?

– Думаю, кто-то говорил по телефону, сэр. Звонок отзывается в моей буфетной, а когда снимают трубку, чтобы назвать номер, только слегка позвякивает. Помню, что я слышал такое позвякивание, но не обратил внимания.

– Не знаете, когда именно это было?

– Нет, сэр. Могу только сказать, что после того, как я подал кофе джентльменам.

– А где в это время находились леди?

– Миссис Альфред была в гостиной, сэр, когда я пришел за кофейным подносом – за минуту-две до того, как я услышал крик наверху.

– Что она делала? – спросил Пуаро.

– Стояла у дальнего окна, сэр, немного отодвинув портьеру, и смотрела наружу.

– Никого из других леди не было в комнате?

– Нет, сэр.

– Вы знаете, где они были?

– Не знаю, сэр.

– А остальные мужчины?

– Мистер Дэвид, по-моему, играл на рояле в комнате, соседней с гостиной.

– Вы слышали его игру?

– Да, сэр. – Старик снова вздрогнул. – Потом я подумал, что это был знак. Он играл похоронный марш. Помню, тогда у меня даже мурашки по коже забегали.

– Любопытно, – сказал Пуаро.

– Теперь что касается этого парня, Хорбери, – продолжал главный констебль. – Вы готовы поклясться, что в восемь он уже ушел из дому?

– Да, сэр. Хорбери ушел сразу после прихода мистера Сагдена. Я помню это, потому что он разбил кофейную чашку.