– Изучаю нечто очень важное, – серьезно ответил Пуаро, – лицо Симеона Ли в молодости.
– Так это мой дедушка?
– Да, мадемуазель.
Пилар уставилась на портрет.
– Как же он изменился... – медленно произнесла она. – Дедушка был таким старым и сморщенным. А здесь он выглядит так, как мог бы выглядеть Гарри лет десять назад.
Пуаро кивнул:
– Да, мадемуазель, Гарри Ли очень похож на своего отца. – Он подвел ее к другому портрету. – А это ваша бабушка – кроткое продолговатое лицо, очень светлые волосы, мягкие голубые глаза.
– Как у Дэвида, – сказала Пилар.
– Альфред тоже на нее похож, – добавил Стивен.
– Наследственность – интересная вещь, – продолжал Пуаро. – Мистер Ли и его жена принадлежали к диаметрально противоположным типам. Большей частью их дети похожи на мать. Взгляните сюда, мадемуазель.
Он указал на портрет девушки лет девятнадцати с волосами как золотые нити и большими, смеющимися голубыми глазами. Цвета были материнскими, но в лице ощущалась энергия, несвойственная мягким чертам жены Симеона Ли.
– О! – воскликнула Пилар.
Ее лицо покрылось румянцем. Сняв с шеи медальон на длинной золотой цепочке, она нажала пружину и открыла его. Пуаро увидел то же смеющееся лицо.
– Моя мать, – сказала Пилар.
Пуаро кивнул. С другой стороны медальона находился портрет мужчины. Он был молод и красив, с черными волосами и темно-голубыми глазами.
– Ваш отец? – спросил Пуаро.
– Да, – ответила Пилар. – Очень красивый, правда?
– Да, действительно. У испанцев редко бывают голубые глаза, не так ли, сеньорита?
– Иногда встречаются на севере.
– Значит, в вас течет испанская, ирландская, английская и немножко цыганская кровь, – задумчиво произнес Пуаро. – Знаете, что я думаю, мадемуазель? С такой наследственностью вы можете стать опасным врагом.
– Помните, что вы говорили в поезде, Пилар? – смеясь, сказал Стивен. – Что, если бы у вас были враги, вы бы перерезали им горло... О! – Он быстро умолк, осознав значение своих слов.
Эркюль Пуаро быстро сменил тему:
– Ах да, сеньорита, я хотел попросить ваш паспорт.
Пилар подняла брови:
– Мой паспорт? Сейчас принесу – он у меня в комнате.
– Сожалею, что пришлось вас побеспокоить, – виновато сказал Пуаро, идя рядом с ней.
Они дошли до конца длинной галереи, где начиналась лестница.