Наверное, что-то надо было сказать, но зачем?
Она соскучилась, он едва дождался вечера.
Он пришёл. Она ждала.
Он дрожал. Её качало от его близости.
— Подожди, подожди. Я подготовился, — он достал коробку презервативов. И замер, увидев её в белье. — Ух ты!
Каким бы эффектным ни было, бельё на ней осталось ненадолго.
— У меня тоже для тебя подарок, — протянула ему Ирка пакет с боксерами, свесив руку с кровати. Всё слетело на пол, когда в короткой, пьяняще схватке тел то ли она одержала верх, то ли он победил.
Вадим встал. Ему позвонили. Машинально натянул на голое тело рубашку, пока говорил.
Стоял, прислонившись к дверному косяку. Высокий брюнет с накачанным прессом и золотистым загаром. Он не выглядел как ботаник-программист, он выглядел как фотомодель, рекламирующая солнце, море, нижнее бельё — непростительно сексуально.
Ирка тоже не была скромной девчонкой, но с него хотелось срывать одежду, чтобы пуговицы разлетались, стоило ему лишь посмотреть на неё своими синющими глазищами.
Чёрт, когда тебя хочет такой сексуальный мужик, это всегда возбуждает.
— Куда-нибудь сходим? — спросил он, падая обратно на кровать. — В кино, в кафе, погуляем?
— Нам бы выспаться, — улыбнулась Ирка.
— Да, выспаться было бы неплохо, — перекатился он на живот. Ткнулся губами в её плечо. Втянул носом запах. — Можно мне остаться? Ты будешь спать, я — работать. Не хочу с тобой расставаться.
— Я в ванну, — рывком поднялась Ирка.
Хоть на весь день. Хоть на все выходные. Хоть на всю жизнь.
И он остался.
13
Она спала — он работал. Она работала — он спал. Таскал маме мешки с землёй в теплицу. Варил на всех пельмени на обед. Делал в микроволновке попкорн.
Они ездили на выставку корги, где с удовольствием тискали пушистых рыжих пёсиков, Держась за руки, гуляли по городу. Ели пиццу в кафе с видом на Амур. Кидались попкорном в кровати.
На следующий день кормили ослика в зоосаде. Катались на тележках в супермаркете (ездили за продуктами). А вечером жарили шашлык на недостроенной веранде и закутавшись вдвоём в один плед, встречали закат.
Алое зарево полыхало в небе за рекой. В мангале догорали угли. Пахло жареным мясом и базиликом, завёрнутым в лаваш. У крыльца на высокой клумбе высунули клювики ростки тюльпанов.
— Мама очень любила тюльпаны, — посмотрел на клумбу Вадим.