Кто-то из его прихвостней почтительно ответил:
– Щас Семен Гаврилыча покличут… Кликали долго, наверное, швейцарский адмирал самолично «сливки» готовил, я устал переминаться в тесном холодном зловонии автоматной будки, пока услышал его тяжелое, как упавшая гиря:
– Ковшук слушает… – Это я, Сеня… Признал меня, друг дорогой? Гиря помолчала некоторое время, потом тяжело вздохнула:
– И чего ты, Пашка, так всего боишься? Всех сторожишься, по имени не называешься… Телефон мой все равно не прослушивается… Я это знаю… – Вот и хорошо, Сеня… А если бы я не сторожился и не боялся, то звонить тебе сейчас мог только с того света, в прекрасном сне-воспоминании…"
"Освободиться сможешь? – Когда? – Через час приеду.
Тут будет реклама 1
Ты готов? Гиря с дребезгом хмыкнула:
– Я завсегда готов… А ты приезжай часика через два…
Гость на спад пойдет… Мне сподручней отлучиться будет… И еще один звонок – городская справочная «09». Занято. Занято… Долгие гудки. Отбой. Занято.
Ага! – Будьте любезны, телефон отдела размещения гостиницы «Спутник» на Ленинском проспекте… Записываю: 234-15-26… Спасибо… Все, надо ехать за машиной.
Тут будет реклама 2
Быстро перехватил левака и погнал к дому Актинии. Отогрелся в кабине, придремал и сквозь сонную полупьяную дрему думал о том, что лежащий на диване Актиния охотно, конечно, даст мне свой задрипанный «жигуль» цвета винегретной блевотины. Чего там жалеть? Это же не «мерседес». Мы ведь друзья. Я знаю его «жигуль» как свои пять пальцев – сколько езжено на нем вместе. И тумблер секретки слева от руля под приборным щитком.
Тут будет реклама 3
Если бы Актиния знал, что мне нужна его жалкая машинёнка, он бы мне ее сам пригнал, а не заставлял ездить через полгорода. Только беда в том, что он вчера сильно прокололся перед Кувалдой и ему надо набрать в семье очки. И самое главное – ему ни в коем случае нельзя и не нужно знать, что я буду ездить сегодня на его машине. Это будет наш маленький секрет, интимная дружеская тайна. Остановил «левака» за квартал до дома Актинии и пошел во двор, где обычно он держал машину на площадке.
Тут будет реклама 4
Вот она, замызганная, нежно-бурая, незаметная! Ещё тёплая от дневной потной суеты, корыстной беготни Актинии по его лучезарным грязным делишкам. Достал из кармана газету, сложил пакетом, надел его как варежку на правую руку, резко рубанул ребром ладони в угол ветровика-форточки – замок отлетел внутрь салона со звяканьем и визгом.
Быстро засунул в кабину руку, нащупал крючок дверной ручки, дернул и нырнул на водительское сиденье.
