— Но этот вопрос и мне интересен. Что там с доминантами?
— Терпение, мои друзья, только терпение. — Сказав это, я допил воду, закинул в рот остатки шоколада и направился в сторону Прохоровского кресла. — Буду кричать. Возможно, громко и долго. Это нормально. Как очнусь, расскажу, что у меня для вас есть.
Сев на кресло, я задумался. Сейчас искать маму чистое самоубийство. Она обычная женщина и ею вряд ли заинтересовались Имперцы. А вот если Имперцы увидят пятилетку с татуировкой рода Архаровых, то… Да может быть что угодно, начиная от расстрела на месте и заканчивая отправкой в тюрьму, или ещё что похуже.
Я достал окровавленную тряпку из кармана, закрыл глаза и отдал приказ «Поглотить». Волна боли прострелила по телу и за жалкое мгновение погрузила мир во тьму.
* * *Грязный оборванец, покрытый с ног до головы кровью и пылью, шел по дороге, перепаханной взрывами снарядов. Там и тут лежали остовы сгоревшей бронетехники, куски мёртвых тел, а в воздухе витал трупный смрад.
Чистильщики уничтожали предприятия на пути к лаборатории по исследованию человеческого потенциала, сокращённо она называлась Л. И. Ч. Архаровцы почему-то отбросили последнюю букву «П», видимо посчитали, что ЛИЧ звучит брутальнее. Как бы там ни было, от пятиэтажной лаборатории не осталось камня на камне.
Имперцы пытались взять её штурмом и захватить наработки Архарова, но сработала система самоуничтожения. Здание взорвалось вместе со всем персоналом, оставив после себя лишь огромный кратер. По крайней мере, так могло показаться человеку, который не знал что подземные тоннели Л. И. Ч. тянутся на многие километры в разные стороны.
К одному из таких ответвлений и шел оборванец. Если посмотреть на его одежду, то можно смело сказать, что на парня напали дворовые псы и крепко его покусали.
Он свернул влево, минуя Нижний Тагил и, спустя два десятка километров, остановился посреди поля. Подняв ногу, оборванец с силой ударил пяткой о землю. Раздался металлический гул. Присев на корточки, он разгрёб землю и наткнулся на стальную ручку, блестящую на солнце. Ухватился за неё, повернул и рывком поднял вверх.