— Иди, мне кажется, дело серьезное.
Рэймер молча кивнул.
Развернулся и направился к зданию академии, возвышающемуся за их спинами.
* * *
Кабинет у Рэймера был маленький, больше похожий на подсобку для хранения швабр, но все-таки свой личный.
Протиснувшись полубоком между столом и книжным шкафом, старший Монтегрейн красноречиво поморщился, без слов комментируя внутреннее убранство. Рэймер ответил отцу холодной улыбкой.
— Я тебя слушаю, — без приветствий и красивых па вокруг да около. Этот этап они минули давным-давно.
Присесть также не предложил. Сам оперся о подоконник и сложил руки на груди.
Судя по выражению лица отца, тот закрытую позу и хамство сына оценил, но смолчал. Значит, наставник был прав — дело и вправду серьезное.
— Мирея объявила войну Аренору, — тоже без предисловий.
Рэймер моргнул. Думая о «серьезном», он предполагал что угодно, но что-то не настолько СЕРЬЕЗНОЕ.
Старший Монтегрейн хмыкнул, довольный произведенным его словами эффектом, и присел на край стола, раз уж стул ему не предложили; сложил ладони на бедре.
Монтегрейн-старший молчал, ожидая реакции.
Реакции не было. Никакой другой, кроме:
— Это же бред! — выпалил Рэймер.
Ледяной взгляд отца резанул как бритва.
— Хорошего же ты мнения о своей родине, — процедил он сквозь зубы.
— Объективного, — огрызнулся Рэймер. — Аренор нам не ровня. Ты это знаешь, я это знаю, каждый второй в Мирее это знает."
"— Замолчи! — Отец громыхнул кулаком по столу. Однако это не возымело былого эффекта. Мальчишкой Рэймер резко затыкался и втягивал голову в плечи, видя, что отец разгневан.