Сделали бы меня лордом и дали бы усадьбу в каком-нибудь захолустье, чтобы не мозолил глаза.
Предложить титул урожденному крестьянину, по его же словам, чистящего полжизни навоз, это… неплохая мотивация.
— А ты?
— А я — здесь! — гордо провозгласил собеседник, а затем наступил ногой на нижнюю перекладину, подтянулся и уселся на ограждение сверху, лицом к Амелии. — Они пока осторожничают и не решаются портить с Рэймом отношения открыто.
— Потому что он Монтегрейн?
— Потому что он может сболтнуть кому-нибудь лишнего… — Пауза.
О да, Мэл даже не сомневалась, что, если Гидеону вздумалось бы затащить в свои катакомбы близкого друга Монтегрейна, тот бы непременно… обиделся.
— Да и я же не кретин, — продолжил Дрейден. — Как дали бы титул, так бы и выбили его потом на могильном камне — делов-то.
Амелия понимающе кивнула. Таким же она видела исход и своей сделки с Гидеоном.
— Так что? — Кристис подмигнул ей, блестя глазами со своего насеста, и протянул ей ладонь.
— Вроде того, — пробормотала Мэл. Помедлила, но руку пожала.
Странные у них привычки с рукопожатиями — ей даже нравились.
— Так, может, замолвишь за меня словечко перед Ланой? — все ещё аккуратно сжимая ее кисть в своей ладони, Дрейден потянулся к ней с явным намерением поцеловать.
Амелия резко выхватила руку и отступила на шаг назад. Нет, не испугалась чужого прикосновения — возмутилась такой наглости.
— Даже не подумаю, — отказалась уверенно.
Кристис сплюнул травинку на землю и удрученно вздохнул.
— Ну, я должен был попытаться.
Мэл не сдержала смешок.
Глава 27
4 года спустя после начала войны
Земли вблизи Хребта Бархуса, Аренор
Рэймер склонился над разложенной на столе картой, широко разведя руки и упершись ладонями в столешницу. Конрад подошел сбоку, заглянул из-за плеча.
— Что думаешь? — поинтересовался хмуро.
Карта была сплошь изрисована красными и синими линиями, черными, красными и зелеными крестами.
— Что думаю… — проворчал Монтегрейн.
Он думал о том, что, будь у Роннера Третьего хоть капля здравого смысла, он прямо сейчас бы вел переговоры с королем Аренора о заключении мирного договора. Остатки их армии загнали в ловушку, заперев в предгорье, откуда было только два пути: назад в Мирею или же в горы — что равносильно самоубийству.
— Думаю, что надо отступать, — сказал Рэймер. — Окончательно.
Конрад кивнул, поджав губы.