Флирт в Севильи

Зная характер Омельченко, которая охотно встречалась с мужчинами и никому не отказывала, Доколина предполагала, что вы воспылали ревностью и решили убрать свою счастливую соперницу. Вы вполне могли выйти из своего номера, нанести удар Омельченко и, вернувшись к себе, ждать Лену.

— Какая чушь, — решив, что пора возмущаться, громко сказала Рута Юльевна, — я ее не убивала.

— Да, — неожиданно согласился Дронго, — вы ее действительно не убивали. Дело в том, что убийца был достаточно опытным человеком и этим выдал себя.

Вы ведь по профессии социальный психолог? Верно? Не медицинский психиатр?

— Конечно, нет. Я прежде всего социолог, — сказала Рута Юльевна.

— Первый удар тяжелым предметом был нанесен точно в висок. Второй удар тоже был рассчитан со знанием анатомии человека. Сначала Медниса оглушили, а затем мастерски перерезали горло. Для этого были нужны серьезные знания анатомии. Иначе невозможно сделать небольшой, но точный разрез и убить человека. Но убийца сумел это сделать.

И тогда я сразу понял, что преступник хорошо знает анатомию. И единственным подозреваемым среди нас стал человек, который готовится стать профессиональным биологом, который изучает анатомию в полном объеме. Это Ингрид Грайчунас. — Дронго посмотрел на Ингрид.

Она стойко выдержала его взгляд, даже не шелохнувшись.

— Она заранее приготовила два эспандера, один из которых выбросила в бассейн в первую ночь. Затем, закрыв дверь на цепочку, спровоцировала горничную попытаться войти к ней и под этим предлогом обратила внимание Балодиса на собственную безопасность, создавая таким образом себе алиби.

Первое убийство она готовила очень тщательно. Я проверил все телефонные звонки. В день убийства Ингрид звонила матери дважды. Очевидно, она попросила ее перезвонить в половине восьмого, именно в тот момент, когда мы должны были встретиться с Омельченко. Ингрид слышала, что мы договариваемся об ужине, — он с трудом отвел взгляд от ее темно-синих глаз и продолжал говорить, — но мать Ингрид ее подвела. Она позвонила чуть позже назначенного времени, когда Лилия Омельченко уже успела спуститься вниз и увидеться со мной. Мы с Ингрид сидели в ресторане, когда ее позвали к телефону. Я еще тогда подумал, зачем звонить в отель, когда есть мобильный телефон. Ингрид вышла в холл, сказала пару слов матери. Затем, пройдя по коридору первого этажа, сняла туфли и босиком по аварийной лестнице поднялась на третий этаж.