— Раз… два… три… Легилименс!
Сотня дементоров летела к Гарри над поверхностью школьного озера… он мучительно пытался сконцентрироваться… они приближались… уже видны были темные дыры под капюшонами… но в то же время он видел и Снегга, который стоял перед ним, устремив взгляд на его лицо и бормоча себе под нос… и почему-то Снегг вырисовывался все яснее, а дементоры словно таяли…
Гарри поднял свою палочку.
— Протего!
Снегг пошатнулся — конец его палочки ушел вверх, она больше не указывала на Гарри, — и вдруг в сознание Гарри хлынули воспоминания, которые не принадлежали ему: крючконосый мужчина кричал на съежившуюся женщину, а черноволосый мальчонка плакал в углу… подросток с сальными волосами сидел один в темной спальне, направив палочку в потолок и сбивая мух… какая-то девочка смеялась над худощавым пареньком, который пытался оседлать брыкающуюся метлу…
— ДОВОЛЬНО!
Гарри будто изо всех сил толкнули в грудь; попятившись назад, он ударился о полки, которые тянулись по стенам в кабинете Снегга, и услышал, как что-то треснуло.
Мантия на спине у Гарри промокла. Когда он наткнулся на полки, одна из банок лопнула; теперь внутри нее, в убывающем растворе, медленно вращалась какая-то слизистая тварь."
"— Репаро, — прошипел Снегг, и трещина на банке мгновенно исчезла. — Что ж, Поттер… похоже, мы сдвинулись с мертвой точки… — Тяжело дыша, Снегг поправил Омут памяти (где перед началом урока снова спрятал несколько своих мыслей), словно проверяя, там ли еще спрятанное.
Гарри молчал: он чувствовал, что говорить сейчас было бы опасно. Он был уверен, что ему удалось прорваться в память Снегга и что он видел сцены из его детства. Было очень тревожно сознавать, что тот самый маленький мальчик, который плакал, глядя, как его родители кричат друг на друга, сейчас стоит перед ним с такой откровенной ненавистью во взоре.
— Попробуем еще раз, ладно? — сказал Снегг.
На Гарри накатил прилив ужаса: он понимал, что Снегг хочет заставить его расплатиться за случившееся. Они снова заняли места по обе стороны от профессорского стола. Гарри не сомневался, что в этот раз ему будет гораздо трудней освободить сознание от посторонних мыслей.
— Итак, на счет три, — сказал Снегг, вновь поднимая палочку.