— Ты… ты уверен, что хорошо себя чувствуешь, Гарри? Ты до сих пор очень бледный.
— Все в порядке, — бросил он, вытаскивая из сумки мантию-невидимку. На самом деле шрам все еще причинял ему боль, хотя и далеко не такую сильную, как мысль о том, что Волан-де-Морт мог уже нанести Сириусу смертельный удар. Когда Темный Лорд карал Эйвери, шрам жгло гораздо сильнее… — Давай, — шепнул он и набросил мантию на них обоих. Они замерли, прислушиваясь к звукам снаружи и стараясь не обращать внимания на бюст, который все бубнил и бубнил по-латыни.
— Туда нельзя! — громко говорила Джинни столпившимся перед коридором ученикам. — Нет-нет, извините, вам придется идти в обход по вращающейся лестнице: кто-то только что напустил сюда душильного газа…
Они слышали, как недовольно ворчат ребята. Один из них угрюмо буркнул:
— Что-то не вижу я никакого газа.
— Он же невидимый, — очень убедительно изобразив раздражение, ответила Джинни. — Но если тебе так уж хочется, пожалуйста, иди.
Толпа начала медленно редеть. Судя по тому, что новые ученики больше не подходили, весть о душильном газе распространилась сама собой. Наконец, когда поблизости почти совсем никого не осталось, Гермиона сказала:
— По-моему, надо идти, Гарри. Лучше уже не будет.
Прикрытые мантией, они двинулись вперед. В дальнем конце коридора, спиной к ним, стояла Полумна. Когда они проходили мимо Джинни, Гермиона шепнула:
— Молодец… Не забудь про сигнал.
— Про какой еще сигнал? — тихо спросил Гарри, когда они приблизились к двери кабинета.
— Как только появится Амбридж, они должны громко запеть «Уизли — наш король», — ответила Гермиона.
Гарри вставил лезвие ножа Сириуса в щель между дверью и косяком, замок щелкнул, и дверь отворилась. Они вошли в кабинет.
Противные котята на тарелочках нежились в теплых лучах послеполуденного солнца, но если не считать этого, в комнате было тихо и пусто, как в прошлый раз.
— Я боялась, что после второго нюхлера она примет дополнительные меры предосторожности.
Они сняли мантию. Гермиона поспешила к окну и встала сбоку, держа палочку наготове и бросая вниз, на школьную территорию, осторожные взгляды. Гарри прыгнул к камину, схватил горшочек с летучим порохом и кинул щепотку внутрь, вызвав к жизни языки изумрудного пламени.