Возможно, и надо быть более строптивой, и лучшим решением будет гордо уйти домой, но желудок противился этому, нога ныла. Да и поцелуи мне понравились. Ведь ничего страшного, если я останусь на ночь. Босс же не потребует от меня неприличного. Он же не такой, как думает о нем Юля. Нет, он галантный, воспитанный и приличный. Успокоив себя, я уверенно открыла дверь и вскрикнула от неожиданности, чуть не столкнувшись с Дмитрием Анатольевичем.
Он с прищуром оглядел меня с ног до головы, затем оттолкнулся от стены и подставил локоть.
– Ты долго, – ворчливо сообщил он, а я покрылась краской. Господи, ну почему я такая глупая. Ну что еще он мог подумать, раз я столько времени провела в туалете!
– Я на самом деле быстро, просто руки долго мыла, – попыталась оправдаться я, но, по-моему, опять сказала очередную глупость, так как уголки губ Босса полезли вверх.
– Тогда ты точно готова поесть, – ввел меня в кухню Дмитрий Анатольевич, а я восторженно присвистнула.
Вот это сервис.
– Как красиво выглядит и аппетитно пахнет.
– Садись, – с улыбкой бросил мне начальник, хотя сам же и усадил меня на диван и подсел рядом.
Он разлил вино и предложил тост за нас. Вот так коротко и ясно намекнул, что все его слова не пустой звук и он думает о нас как о паре. Это смущало. Но как же было чертовски приятно!
Вино оказалось невероятно мягким, хотя и терпким.
– Вы просто мечта, – вырвалось у меня. – Мужчина, умеющий готовить, на вес золота.
– Как и женщина, – не остался в долгу и вернул мне комплимент Босс.
Я опять смутилась: сидела вся красная до кончиков ушей, не в силах поднять взгляд от тарелки.
– Вы так говорите, словно готовить еду – это не обязанность женщин. Меня мама с детства приучала к готовке.
Так я и протрещала около часа, рассказывала про себя и свою семью. Дмитрий Анатольевич больше молчал, правда, вставлял свои пять копеек. Его теплая улыбка и вкусное вино развязали мне язык, напряжение спало. И я забыла, что он мой начальник, а не просто умный и внимательный мужчина.