Тео сделал шаг навстречу, и Неели, охватив его взглядом с головы до ног, вдруг жутко покраснела. Смущаясь, она оперлась на неожиданно крепкую руку колобка и позволила усадить себя на скамеечку. Желая скрыть волнение, дама огляделась по сторонам, а посмотреть было на что. Какие-то лесенки, горки, только не снежные, а деревянные, короб с песком, маленький домик, украшенный резными наличниками. И все это великолепие было раскрашено в яркие чистые цвета.
— Что это, шевалье?
— А это, изволите ли видеть, несравненная, детская площадка.
— Как вы сказали? — Неели было ужасно неловко оттого, что колобок, усевшись рядом, не выпускал ее руки. Да еще и поглаживал ставшую ужасно чувствительной внутреннюю сторону ладошки. Негодник этакий!
— Ее светлость пожелала, чтобы мы построили для ребенка площадку, на которой Миранда могла бы играть на свежем воздухе, — Тео легонько подвинул ногу, касаясь скрытого лиловым бархатом женского колена. — Маркиза собственноручно нарисовала все эти снаряды для игр и следила за их изготовлением, — он пощекотал большим пальцем тонкое запястье Неели, услыхав ее невольный вздох.
— Вот как? — дыхание бывшей монахини слегка сбилось. — Что ж, я и не ожидала от Аолы иного. Она очень ответственная девочка.
— Да, нам всем повезло, — согласился распоясавшийся ди Мартен и, наплевав на здравый смысл, взял да и пригласил леди на свидание, а та, пунцовая как маков цвет, возьми да и согласись.
— Значит сегодня, — колобок пустился во все тяжкие, — В полночь! Я буду ждать вас в оранжерее.
— Но…
— Тео, смотри, как я прыгаю! — звонкий голос Миранды не дал возможности сестре Марфе отказаться от своего счастья.
* * *В себя почтенная дама пришла от резкой, выбивающей слезу вони. Раскашлявшись, она распахнула глаза и тут же вновь их крепко зажмурила, успев разглядеть в недопустимой близости встревоженное лицо Тео.
— Как же ты меня напугала, ивушка, — тихий хрипловатый мужской голос раздался около самого уха леди, рождая непонятную сладкую дрожь. — Ты же знаешь, что за строительством детской площадки наблюдала маркиза, — наглый субъект касался теплыми губами виска Неели. — Неужели она не предусмотрела бы все возможные и невозможные меры предосторожности? Ты бы знала, скольких трудов мне стоило выполнить все требования ее светлости.