— А Грег? — послушно прижимаясь к рыжему, поинтересовалась притихшая Иришка.
— И я с вами, птичка, не сомневайся.
* * *"
"Удобно устроившись на руках у мужа, Иришка принялась мысленно настраиваться на исполнение супружеского долга. «Не психуй», — говорила она себе. «Расслабься, отдай инициативу опытным мужчинам. Вон как им приспичило. Сначала искали пол ночи, а теперь на ручках в спальню несут». Нервишки однако пошаливали. «Ничего страшного, где один, там и два, к тому же они вроде как законные мужья!» Это «вроде как» царапало что-то внутри, не давало расслабиться.
За всеми этими уговорами Иришка не заметила как оказалась в спальне и была поставлена на ноги. Хотелось задать супругам множество животрепещущих вопросов. Она даже подняла голову и открыла рот…
Кто б ей еще дал возможность поговорить. Легкие словно крылья мотылька прикосновения теплых губ Каса манили, обещая наслаждение, и ускользали, чтобы в следующее мгновение вернуться и снова позвать туда, где есть место удовольствию большему чем она испытывала прежде.
Со спины тут же прижался Грег, потираясь о поясницу весьма заметным возбуждением.
С этого момента действительность воспринималась Иришкой фрагментарно.
Вот Кас, на мгновение оторвавшись от ее губ, тянет вверх ночнушку, но Иришка никак не может понять, что нужно поднять руки. И тогда он просто рвет непослушный шелк, скрывающий совершенное тело жены.
Вот Грегори нежно опускает ее на постель. Его лицо кажется строгим и торжественным, и только в глазах видна сумасшедшая радость.
Снова рыжий. Он умело и нежно ласкает девичью грудь, и прикрыв от удовольствия глаза, наслаждается стонами, которые срываются с губ Аолы.
Некромант, сграбаставший наконец ее маленькую ножку, целует каждый пальчик, обводит языком косточки на тонких щиколотках, обещая украсить их драгоценными браслетами.