— Точнее и быть не может! Ты думаешь, я забыла, какие события привели меня в ваш дом? — Мария дала волю чувствам и с негодованием стала выговариваться. — Я была твоим кормом! И тебе, черт возьми, это нравилось!
— Нравилось? — Демьян поперхнулся воздухом, и гневно посмотрел на Марию. — А кого не тревожили неделю? Кого отпускали домой?
— Ах, теперь ты хочешь сказать, что проявлял благородство?!
— Женщина!!! — голос Демьяна предупреждающе завибрировал.
— Не надо на меня кричать! Особенно сейчас! Я ничего не забыла, Даров! Ничего! И как ваши ищейки издевались надо мной, и как твой брат угрожал мне, и как…как твои пальцы исследовали меня!
Теперь пришла очередь краснеть Демьяна.
— Ты слышишь, что говоришь? Какие обвинения мне бросаешь в лицо?
— Ещё бы! Я долго молчала! Но больше этого не будет! Если мы заключили договор, то будем играть на равных!
— Хорошо, — его ответ походил на угрозу. — Но учти, дорогуша, я потребую свою часть договора сполна! И ещё!!…Чтобы вокруг тебя не было никаких возбужденных самцов! Тогда мне не придется пальцами исследовать тебя!
Мария готова была поклясться, что Демьян повел себя, как ревнивый мужчина.
Он что — ревнует её?!
Но….Для того, чтобы ревновать, нужно испытывать теплые чувства! Любовь!….Или хотя бы симпатию!
Подобное предположение на мгновение ввело Марию в некий ступор, но она быстро пришла в себя, и продолжила свои высказывания:
— Вокруг меня только один возбужденный самец! Надеюсь, мне не надо называть его имя?
Демьян снова зарычал.
— Ты играешь с огнем, Мария!
— А мне другого и не остается! Знаешь ли, с кем поведешься!…
Казалось, ещё чуть-чуть, и Мария окончательно выведет его из себя. Она даже и представить не могла, как близко подошла к последней черте. Он ещё не до конца отошёл от сцены на поляне, а тут она нарывается на новый скандал.
— Волчица, а не вздремнуть ли тебе с часок? — наигранно заботливо поинтересовался Демьян и, перегнувшись через кресло, поправил прядь её волос.
Мария вздрогнула. Одно дело спорить с ним, и совсем другое снова чувствовать его горячее дыхание рядом.
Всё-таки, она трусишка…Потому что стоило ему дотронуться до неё, как она снова стушевалась.
— Ты так и не скажешь, куда мы летим? — уже более спокойным тоном поинтересовалась она.
— Спи.
Он откинулся на спинку кресла и демонстративно закрыл глаза.