Закашлявшись, она отступила и прикрыла нос и рот сгибом локтя, сделав пару глубоких вдохов через рукав, Джо снова набрала Билла.
Прежде чем он успел что-то сказать поверх шума на заднем плане, Джо выпалила:
— Ты должен приехать.
— Я уже на полпути.
— Хорошо.
— Что происходит…
Завершив звонок, Джо достала фонарик и включила его. Снова шагнув вперед, она плечом придержала дверь и направила луч в пространство.
Свет рассеялся.
Словно она направила фонарь на рулон плотной ткани, и хрупкий луч не мог пробиться сквозь нее.
Она переступила через порог — не тонкий уплотняющий шов, а полноценный барьер в дюйм высотой, который казался непреодолимой вершиной — а потом ощутила липкий пол под своей подошвой. Направив фонарик на пол, Джо подняла одну ногу. С кроссовок стекало что-то похожее на моторное масло, капли с громким эхом приземлялись на пол.
Джо обнаружила первый бак слева. «Хоум Депо»[4], оранжево-белый… и логотип был вымазан ржавой полупрозрачной субстанцией, от которой замутило желудок.
Фонарик в ее руке дрожал, когда Джо подошла ближе и заглянула внутрь бака. Внутри был галлон блестящей, маслянистой… красной… жидкости. В горле она ощутила медный привкус…
Джо повернулась вокруг себя с фонарем в руке.
Двое мужчин, беззвучно вошедших в помещение ремцеха, подошли к ней со спины и нависали как порождения ночи, призраки из ее ночных кошмаров, вскормленные дождем, одетые в ночную темень.
Они здесь, чтобы убить ее. Следили за ней от ее машины. Видели ее, когда она их — нет.
Споткнувшись, Джо отскочила назад и попыталась достать пистолет, но мокрые от пота ладони выронили телефон, пытаясь удержать фонарик…
А потом она не смогла пошевелиться.
Мозг приказывал ее ногам, всему телу бежать, но конечности не подчинились паническим приказам, мускулы вздрагивали в тисках чего-то невидимого, кости болели, дышать стало труднее. Мозг взрывался от боли, мигрень охватила весь череп.