Машина едет по очень знакомой мне дороге. Я отмахиваюсь от догадок, которые меня посещают, но, когда Ник сворачивает в мой двор, сдерживаться у меня уже нет никаких сил.
— Ты привез меня домой? — вылетает из моего рта быстрее, чем я успеваю обдумать фразу, которую нужно сказать.
— А ты бы хотела, чтобы я отвез тебя к себе домой? — Ахметов тут же растягивает свои чертовы губы в гадкой усмешке, а я тут же краснею. Вот же гад!
— Там я уже сегодня была, и мне не понравилось! — Тут же выпаливаю ему в ответ и начинаю дергать ручку двери еще до того, как машина останавливается.
Ну конечно же я вызываю этим лишь громкий смех парня, потому что дверца заблокирована.
— Тогда думаю будет честно, если и я побываю в твоём доме.
Ник глушит мотор и выдает эту фразу таким тоном, будто мы и обговаривать это не будем.
Я открываю рот от его наглости. Побольше набираю воздуха в легкие.
— А с чего ты взял, что я вообще тебя пущу в свой дом?!"
"Так, я конечно все понимаю. И даже учитываю то, что он неотесанный чурбан.
Ник прищуривает глаза и подается вперед, чем пугает меня окончательно и заставляет начать выдергивать ремень безопасности с внутренностями, потому что расстегнуть я его не могу.
Черт! Черт! Черт!
Да я вообще, кажется, из его чертовой машины не выйду! Я, блин, даже чертов пояс расстегнуть не могу. А парень, кажется, наслаждается всей этой ситуацией и даже не скрывает этого.
— Предложение поехать ко мне еще в силе, но придется пробираться в мой комнату очень тихо, ты ведь не хочешь, чтобы твоя мама застукала тебя посреди ночи в моей спальне?
Он вроде не сказал ничего такого, от чего мои щеки бы начали пылать как новогодняя елка.
— Я никуда с тобой не поеду! — Выдаю тихо и хрипло.
И тут случается то, от сего мои глаза распахиваются шире, а зрачки расширяются.
Ник накрывает мою руку своей. Ту, что продолжает дергать несчастный пояс. Стоит ему ко мне прикоснуться, как я моментально замираю. Пальцы лишь сильнее стискивают пояс.
Легкое прикосновение, а мое тело пронзает разрядом тока. Сильным. Настолько ошеломляющим, что мне кажется еще немного и я вся заискрюсь.
— Я помогу, — он слишком близко. Слишком опасно. Его горячее дыхание обжигает мое лицо, а сердце сходит с ума в грудной клетке.