И в аду есть герои

– Альтист, – поправил Яну наемник. – Альтист Данилов.

– Не вижу разницы. – Девушка достала из сумочки телефон и набрала номер. – Кортес? Это я. У нас есть след: держатель притона дал наводку на ночной клуб «Лунная заводь». – Она выслушала ответ. – Хорошо.

– Что делаем? – поинтересовался Артем.

– Кортес сказал, что толку от дальнейших прочесываний притонов не будет, – пожала плечами Яна. – Вечером поедем в «Лунную заводь».

– Клевый базар, в натуре!

Девушка поморщилась:

– Опять?

– Яна, – рассмеялся Артем, – мы же все еще на работе! Я тренируюсь.

– А если бы ты работал в зоопарке, то возвращался бы домой, перескакивая с ветки на ветку? – язвительно осведомилась девушка.

Наемник вздохнул.

* * *Недостроенное административное зданиеМосква, Каширское шоссе,1 августа, среда, 13.29На последнем этаже здания, в самом большом его помещении – огромном зале с пустыми оконными проемами – происходили очень необычные вещи. В самом центре безжизненного, неотделанного, усеянного строительным мусором помещения вращалось плотное белое облако.

Его составлял не дым, и не пар, и не пыль, поднятая случайно заработавшим механизмом. Нет. Белое облако, имеющее идеальную сферическую форму, было создано миллиардами снежинок, кружащихся в безмолвном и безостановочном хороводе. Маленькие кусочки льда двигались с необычайно высокой скоростью, и если бы кто-нибудь попробовал сунуть руку в их стремительный поток, то обязательно бы поранился: метель острых, как бритва, снежинок надежно защищала от чужаков свои секреты, и узнать, что именно происходило за ее волшебным покровом, было невозможно. С другой стороны, кто мог проявить подобное любопытство на заброшенной стройке? Сторожей здесь давно нет, бродяги предпочитают уютные подвалы, поэтому локальная снежная буря, разыгравшаяся посреди лета, так и осталась незамеченной. Город жил своей обычной жизнью, даже не пытаясь проникнуть за границу удивительного облака, внутри которого…

Невысокий худенький подросток корчился на полу, его пальцы отчаянно скребли холодный бетон, а из неестественно широко открытого рта вырывалась черная пыль.

– Как ты только помещаешься у него внутри? – усмехнулась Вероника.

– Ненависть творит чудеса, – хрипло ответил Ктулху. – Каждый из нас не более чем пыль, витающая во мраке."

"Погонщик рабов стремительно принимал свой истинный облик.