Впрочем, моя мать так ядовита, что её слова бывали действеннее крысиного яда. Но и отец, несмотря на болезнь, найдет способ доставить ей печали. Ей не разрешалось покидать дом на срок свыше двенадцати чесов и иметь связи с другими мужчинами в этот период времени.
Анатолий Самгин, конечно же, понял, что его некогда горячо любимая женщина с ним не ради него, а из-за денег сына, и он перед ней предстал жалким, едва ли не немощным стариком, угасающим с каждым днем. Камеры наблюдения были расставлены по всем уголкам дома, и порой я наблюдал за этими двумя запертыми в банке скорпионами, ожидая, когда один из них сожрет другого.
Мои вечера в Техасе были похожи один на другой, как братья близнецы, и сегодня я вновь остановил машину на стоянке тренировочного центра, где работала Алена, чтобы в очередной раз посмотреть на неё хотя бы издали. Все мышцы на теле напряглись, когда я увидел, как к ней подошел мужчина, в котором я признал одного из тренеров, чьи физиономии я успел изучить наизусть.
"От того, чтобы выйти из машины и набить ему морду, меня остановила только закрытая поза Алены, испытывающей неловкость от его напора. В тот же день я понял, что ждать сил больше не осталось: сегодня – неловкость, а завтра она может смениться интересом, а послезавтра – привязанностью.
Я даже не успел выстроить дальнейший план действий, и проходя в зал, в голове не было ни одной мысли о том, как следует с ней себя вести, что сказать и чем объяснить свое нахождение здесь. Я просто хотел быть рядом.
Зал был пуст, и она тренировалась, напоминая мне ту девушку, в которую я когда-то влюбился, девушку, которая никогда не сдается.
Она спрыгнула на мат и встала прямо напротив того места, где я сидел, стирая пот со лба, наконец-то подняв на меня взгляд, замерла на секунду, а потом просто развернулась и покинула зал.