Черт, я готова была отдаться ему прямо там, на улице, перед входом в ресторан! И сколько чувств во мне вновь возродили эти губы, что мне хотелось забыть даже горькие слова, произнесенные им, лишь бы оставаться в его руках.
Я любила его, любила сильнее всего на свете, любила так, что меня разрывало на части от этих чувств, эта любовь иглами проникала в моё тело, и каждый раз, когда я представляла его с другой, она выпускала жала, пока я не начинала истекать кровью. Если бы у меня была хотя бы призрачная надежда на то, что он мне поверит, несомненно, попыталась бы рассказать, что между мной и Максом никогда ничего не было и быть не могло.
"В комнате для персонала, где были оставлены мои вещи перед началом фриланса, я очень рассчитывала отыскать своё оборудование. Хвала небесам и Ивану, он догадался забрать камеру и принести сюда. Осматривая отражение в зеркале, я обнаружила на лице шальную улыбку и блестящие от возбуждения глаза. Ну, Самгин, это твоих губ дело!
Закинув все в сумку, я вышла из помещения, попутно вызывая через приложение такси, когда обнаружила стоящего у дверей незнакомца, который, должно быть, решил преследовать меня.
– Не хотел вас напугать, – тут же оправдывается он, ловя мой недоуменный взгляд. – Я еду в Москву, может, вас подвезти?
Предложение кажется настолько заманчивым, а денег на карте по-прежнему так мало, к тому же, он в своем костюме с иголочки не производит впечатления опасного типа, поэтому, недолго думая, соглашаюсь.
Да, жила я себе десять лет спокойно, а теперь меняю водителей с шикарными тачками как перчатки.
Незнакомец представился Андреем и всячески пытался завязать со мной диалог, но мои мысли скакали с одной кочки на другую, думая то о поцелуе Клима, то о его шантаже.
– Хьюстон, у нас проблемы, – приветствую сестру, после её сонного «алло».
Лада, морщась, недовольно смотрит в камеру телефона:
– Ну что опять?
Рассказываю в красках о своих приключениях, и сестра тут же просыпается, начиная внимательно прислушиваться к каждому слову.
– И ты, балда, ему отказала?
Киваю.