— Могло воспалиться, но не воспалилось. «Лечилка» отфурычила. А так бы ты просто сдох от гангрены!
Сам Мелкий своё ночное ранение переживал стоически. Хотя видно было, что ходить ему до сих пор тяжело. Болт вонзился под коленную чашечку — очень неудачно. И вытащить его стоило таких воплей и боли, что никто бы не захотел оказаться на месте Мелкого.
А наш форт всё продолжали забрасывать горящими болтами и псевдо-болтами… Японцам даже удалось запалить огонёк на одном из брёвен, но его быстро потушил Ром, который как раз за этим бревном и прятался.
Вскоре поток снарядов начал становиться всё жиже, стрельба велась всё реже… А потом и вовсе сошла на нет.
Кажется, японцы догадались, что тактику они выбрали не самую верную — и, в итоге, лишь силы тратят. Ну и палки с травой зазря переводят.
Я ещё какое-то время сидел, дожидаясь, не будет ли продолжения… А потом меня начало снова клонить в сон. Под негромкие разговоры товарищей и шум ветра в траве я всё-таки задремал…
Дневник Листова И. А.
Двести тридцать седьмой день.
Ждали ли японцы подкрепления? Понятия не имею! Но думаю, что да. Они, видимо, не ожидали легко переправиться через реку и закрепиться на другом берегу. И союзников позвали только после удачной переправы.
Правда, встретить спустя сутки ожесточённое сопротивление — похоже, тоже не планировали. Видно, решили, что раз с первой вышкой всё прошло гладко, то и со второй выгорит. А там уж свои подтянутся, и можно будет массой продавить плацдарм.
Мы мешали их планам, ограничивали пространство для манёвра… Нас надо было выбить из форта, заставить отступить! А мы, как клещи в собаку, вцепились в форт и, подлецы такие, даже не пытались выйти!..
Вышло это, конечно, случайно. Мы не вышли, потому что нас было слишком мало. Ну а ещё нам очень не хотелось терять хорошее оружие.
В результате, получилось как нельзя лучше. И под утро на японцев обрушилось подкрепление из фактории.
Проснулся я от стрельбы и криков, которые доносились из высокой травы. Где-то там явно шёл ожесточённый бой.
— Ждан, человека на вышку! Смотрите, что происходит, и где японцы! — стряхнув сонную муть, тут же потребовал я."
"Ждан вскинулся было сам идти… А потом махнул рукой своему подчинённому, и тот полез наверх. Я боялся, что парня накроет вражеским залпом, поэтому крикнул мушкетёрам Паши, чтобы следили за окрестностями.