Непонятно было, остановится ли черепаха-переросток перекусить. Или будет ещё несколько часов пилить без остановок?
Вспоминая, как мы ехали от гор к морю на черепашьей спине, могу сказать, что эти гиганты не так уж часто отвлекались от спортивной ходьбы. А тем временем, впереди должны были начаться заросли высокой травы! По ней с той же скоростью бегать не получится.
— Ну!.. Давай!.. Жопа жирная!.. — видимо, подумав о том же, воскликнул Мелкий.
Наверно, у него имелась какая-то простонародная магия. Потому что в этот самый момент гигантская форма жизни вдруг остановилась и выдала протяжное: «О-О-О-О-О!», поведя головой…
А потом повернулась прямо к нам.
Мы в этот момент как раз перебирались через ручей. Берега у него заросли всевозможной травой и деревьями. Видно, что-то из этого и привлекло внимание гиганта… Не вопли же Мелкого?
В общем, нам бы порадоваться, что черепаха наконец-то встала… Но было слишком страшно.
Развернув свою огромную тушу, гигант сделал большой шаг в нашу сторону…
Мелкий опомнился первым, но это ему не помогло.
Вот только ноги у него были не на суше, а в воде… А бежать он пытался панически и как обычно… В общем, всего через пару шагов наш бравый гопник свалился в ручей.
Упав лицом в воду, Мелкий не перестал кричать. И, в результате, только пузыри пускал, дёргая ногами и руками. А меня как будто отпустило… Если кто и мог сейчас всех спасти, то только я!
Рявкнув всем: «Бегите!», я подскочил к Мелкому, схватил его за какую-то из дёргающихся конечностей — и со всех ног рванул прочь.
Поднимая брызги и тяжело дыша, отряд выскочил из ручья и понёсся прочь. Где-то сзади Мелкий, который волочился за мной, перестал булькать и снова заорал… А потом почему-то закашлялся.
А ещё позади, за нашими спинами, раздавался громоподобный треск и хруст. Видимо, это огромный язык беспощадно сминал всякую-разную растительность у ручья.
— А!.. Ат!.. Пус!.. Ти!.. На!.. — Мелкий, наконец, начал говорить что-то осмысленное, но я его слушать не стал.
У него, конечно, есть медицинская капсула… Но нам-то надо набрать много слюны! И минус один член отряда — это, как мне кажется, не совсем то, что повысит нашу грузоподъёмность и моральный дух.
Вот только рука у меня начинала уставать.