- Прости, что так долго.
— Долго, — согласила она. — Настолько, что я успела выйти за другого.
Я коснулся уголка ее губ и сказал:
— Прости за ту ночь.
Она знала, о какой ночи я говорил. Только о той в клубе. Подняла глаза, и я утонул в ее больших темных глазах.
— Я беременна, Марк.
— Я знаю. И я тебя больше не оставлю. Мне очень жаль, что я не рассказал тебе про…ту женщину.
Она целовала меня, перемежая поцелуи словами:
— Прости, что поверила ей… А не тебе.
— Ты уже знаешь, кто у нас будет?
— Нет, еще рано.
— Как ты себя чувствуешь?
— Уже хорошо.
— Тебе можно летать?
— Наверное, можно. Но мне нужно быть здесь, чтобы развестись.
Провел по щеке пальцем, и она зажмурилась, как кошка.
— Я люблю тебя, Вера.
Снова распахнула глазищи и улыбнулась.
— И я люблю тебя, Марк.
ЭПИЛОГ
Два месяца спустя
— Скажите «Сы-ы-ы-ыр!» — скомандовал я.
— Сы-ы-ы-л, — протянул первым сын Воронцова, так что Оля и Леша улыбнулись и без всякого сыра.
— Решил сменить профессию? — спросил Воронцов после того, как я сделал кадр.
Я пожал плечами.
— Да у меня и не было нормальной профессии. Может, как раз и пришло время сменить амплуа.
— Ты главное свадебным фотографом не становись, Марк, — заметила Оля. — Даня, подожди, намочишь ноги!
Она умчалась за ребенком, который с хохотом побежал от Оли прочь вдоль линии прибоя.
— Ты как? — спросил Воронцов. — Что-то на тебе лица нет.
— Да, я-то нормально… Токсикоз просто у Веры не проходит, — я смотрел, как Оля догнала Даника и повалила того в песок.
— Ни к чему, — ответил Воронцов с широкой улыбкой. — Все равно к этому нельзя подготовиться, — а потом вдруг добавил серьезно: — Главное не пропадай надолго, я вот маленького Даню вообще не помню. Работал много, дома не появлялся. А дети очень быстро растут… Ничего, во второй раз-то я все правильно сделаю, а ты сделай правильно с самого начала, хорошо?
— Во второй? — присвистнул я.
— Нет еще, — хохотнул Воронцов. — Мы пока тренируемся.
— Скидочная карточка для того магазина, куда мы ходили с тобой в прошлый раз, нужна? — кашлянул я. — Ну так, чисто чтобы тренировки проходили веселее.
— Потом дашь, — кивнул Воронцов. — Сейчас уже пора. Готов?
— Давно готов.
Как свидетель, Воронцов встал рядом возле меня под цветочной аркой.