Десятки тысяч спартанцев сегодня умрут здесь! И ему точно хватит, чтобы вдоволь развлечься.
Рыкнув что-то невразумительное, воин тени активировал свой дар и ускорился, стараясь как можно быстрее вступить в бой. Он бежал вперед, сливаясь с тенями, и перескакивая от одной к другой, но в какой-то момент услышал еще один панический выкрик.
— Леони-и-ид! — хотя это был не крик, а визг. Причем сразу несколько бойцов визжали и убегали прочь.
Тогда как Датис теперь не смеялся. Да и улыбаться уже не так хотелось. Всё же он своими глазами увидел бога войны.
Потому слившись с ближайшей тенью, Датис активировал свой Дар и усилил покров. Напитал клинки смертоносной теневой энергией, и мгновенно переместившись за спину Леонида, нанес сокрушительный удар!
Один клинок врезался в круглый золотистый щит, а второй просвистел в воздухе. Казалось, невозможно было уклониться от столь стремительной атаки, но Леонид всё же смог.
А вот ответный удар пришелся Датису прямо в грудь. Бог войны легонько пнул неудавшегося убийцу пяткой, и тот отправился в полет, пробивая за собой одну стену дома за другой.
Только сейчас мужчина заметил, как искажается пространство вокруг Леонида. Энергия, словно переливаясь через край, заряжала собой воздух, и со стороны могло показаться, будто бы вокруг Леонида бушует пожар. Словно само пространство вокруг вибрирует от переполняющих его сил.
— Ничего, Леонид, — прошипел Датис, поднявшись на ноги и снова слившись с тенями. — Я могу причинить тебе еще большую боль… — на лице хранителя снова появилась злобная ухмылка, и покрывшись тьмой, он направился прочь из города.
Все знают, насколько Леонид печется о своих подчиненных. Лишь незнающему может показаться, что глава Корпорации легко бросает своих людей на смерть. Но это совершенно не так! Любые потери ранят мужчину в самое сердце, ведь каждый воспитанник Спарты для него, как родной.
Потому Датис, не справившись с Леонидом в честном бою, решил всё равно отомстить ему. И довольно быстро обнаружил, где сейчас находится самое уязвимое место армии.
Лазарет расположился в километре от городских стен. Прямо сейчас туда свозили десятки и сотни тяжелораненых бойцов, причем с одной стороны огромного шатра их заносили, а с другой они выходили уже на своих ногах. Но это ни капли не смутило Датиса.