Деятельность и фатализм капитана сначала перекинулись на ближайших офицеров, потом и солдаты поймали эту волну. Они уже все мысленно умерли, теперь значение имела только их честь. Потому что, как больше тысячи лет назад сказал князь Святослав, мертвые сраму не имут.
— Не посрамим земли русской! — капитан первым ухватился за лопату.
* * *Поручик Малиновский тем временем отъехал на несколько сопок назад и вытащил бинокль. Сердце щемило, но это была его задача — не попасть в руки врага, посчитать его и доложить командованию.
Поручик встрепенулся. Конечно, это могли быть и китайцы, они часто плавали туда-сюда на своих длинных, похожих на дикий фрукт банан, лодках. Вот только местных редко собиралось больше десятка, а тут по реке двигалась целая флотилия — не меньше сотни лодок.
Еще раз бросив взгляд на японские части, подходящие к позиции их роты, он кубарем скатился с сопки, быстро отвязал коней, а потом изо всех сил помчался в сторону реки. Только бы это оказались наши! Только бы он успел!.. Думать о том, что сотня лодок — это не так уж и много, и один батальон, который там может оказаться, вряд ли что-то изменит, поручик себе запретил.
* * *Обход русских позиций занял почти сутки — полковник Макаров подробно объяснил, почему никому лишнему не стоит знать, куда они направляются. И капитан Хорунженков был с ним в целом согласен: сам не раз видел, как в кабаках, выпив всего пару стаканов, даже самые приличные офицеры начинают болтать лишнего. И единственный верный способ не выдать тайну — это не знать о ней.
Впрочем, организация их вылазки была на высоте.