Их очередь пришла уже в темноте — оставив охранения из нескольких свежих рот на случай, если Куроки что-то замыслит, остальные тоже двинулись в сторону Ляояна. Налегке это было совсем не сложно, и пусть сегодня генерал почти не давал перевести дух, у солдат все равно находилось время поболтать. Тем более что каждому было что обсудить.
Рядовой Потапов рассказывал товарищам, как будет писать домой. Сто рублей — это же, считай, его жалованье за целый год, а тут столько же за день получил.
Тут будет реклама 1
Если отправить их старикам, то те смогут несколько лет не продавать хлеб, и еще на всякие мелочи останется. У сестры, как раз писали, должен был сын родиться — теперь-то он точно не умрет. А все потому, что Потапов догадался пружину приспособить.
— Все-таки полковник у нас молодец, — в очередной раз похвалился изобретатель. — Заметил, понял все и наградил.
— Да что ему эти сто рублев? — еще безусый Рыбаков, попавший в армию, вылетев за политику из юнкерского училища, в итоге не выдержал.
Тут будет реклама 2
— Полковник на этом изобретении теперь генерала получит. Миллионы заработает! А того, кто на самом деле все придумал, жалкой сотней заткнул. Разве это справедливо?
Кто-то было поддержал Рыбакова, которого в целом считали довольно разумным парнем. Тем более что он и газеты всем читал, и даже стихи. Вот только сам Потапов лишь усмехнулся в усы.
— Говоришь, миллионы? — он обвел всех взглядом. — Что-то, когда я вам про пружину рассказывал, никто из вас сам не решил их заграбастать.
Тут будет реклама 3
И я ведь на всех пружин нарезал, притащил, но никто не поставил. Ты вот, Рыбаков, тогда больше всех говорил, что меня теперь за порчу имущества запорют! Что офицеры даже слушать не будут, что плевать им на нас. А что в итоге? Заметили, оценили, наградили. Так что в следующий раз, когда рот открывать будешь, Рыбаков, ты хотя бы не забывай, что говорил раньше.
Бывший юнкер еще пытался возражать, но все остальные уже вспомнили те его разговоры, и на сегодня пришлось признать поражение.
Тут будет реклама 4
Ничего, он же не всегда будет молчать, еще объяснит всем, что к чему в этом мире. Вот только… Надо признать, что и офицеры стали хитрее: не просто бьют, научились слышать не только себя, и поднять против такого врага людей будет гораздо сложнее. Но Рыбаков верил, что справится. Не сам, так в Ляояне у него есть старший товарищ, живущий под именем журналиста Константина Чернецкого.
